(1 из 3) Уважаемые друзья и подписчики!

(1 из 3)

Уважаемые друзья и подписчики!

В США начинает разгораться очень показательная борьба двух индустрий:

• банковской индустрии;
• криптоиндустрии.

На внешнем уровне этот конфликт выглядит как спор вокруг регулирования stablecoins и закона CLARITY Act.

Однако в своей глубинной структуре это не спор о технологиях.

Это борьба за право управления денежными активами вкладчиков.
⸻
В чем суть конфликта?

Банковская система десятилетиями строила свою модель на том, что деньги вкладчиков концентрируются в банковских депозитах.

Вкладчик приносит деньги в банк. Банк выплачивает ему низкий процент. Процентная ставка по депозитам для вкладчиков во многих случаях оказывается ниже реальной инфляции.

То есть фактически его покупательная способность продолжает снижаться.

В этой модели банк становится бенефициаром инфляционной среды, так как получает доступ к дешевому ресурсу, а вкладчик несет скрытую инфляционную потерю.
⸻
Именно эту проблему пытается разрешить криптоиндустрия - однако глубоко неправильными способами.

Она создала продукт под названием stablecoin.

Stablecoin — это попытка перенести денежный актив в цифровую среду, сохранив привязку к фиатной валюте, прежде всего к доллару США.

Теперь криптоиндустрия решила сделать следующий шаг.

Она начинает предлагать под stablecoins вознаграждение, проценты, yield, rewards — то есть создает экономический аналог банковского процента по депозиту.

И здесь начинается самое интересное.

Пока stablecoin был просто платежным инструментом, банковская система могла относиться к нему как к средству платежа и технологическому эксперименту.

Однако как только stablecoin начинает выполнять функцию депозитного продукта, и выплачивать процентную ставку, он становится прямым конкурентом банковского депозита.

⸻

Поэтому реальный предмет борьбы не в блокчейне. Не в инновациях. Не в цифровом будущем.

Реальный предмет борьбы — это деньги вкладчика. Кто будет управлять этими деньгами? То есть у кого будет право их девальвировать?

У Банка? Или у крипто-платформы которая претендует стать банком копируя его продукты и его бизнес модель и не создавая своей собственной?

Кто будет получать выгоду от размещения денежного ресурса?
Кто будет контролировать инфраструктуру платежей?
Кто будет определять правила доступа к денежной ликвидности?
Кто будет превращать деньги общества в актив своей бизнес-модели?
Вот где находится первооснова этого противостояния.
⸻
И в этом смысле, Джейми Даймон, глава JPMorgan Chase, абсолютно прав в одном принципиальном вопросе.

Если криптоиндустрия ведет себя как банк, создает продукты как банк, привлекает деньги населения как банк, обещает доходность как банк, замещает депозит как банк - то она должна регулироваться как банк.

В этом утверждении Даймон прав.

Нельзя требовать для себя права на бизнес модель банка, при этом не имея той же регуляторной нагрузки как банк - пусть даже и фейковой.

Нельзя функционировать как банк, и уклоняться от банковской регуляторной структуры.

Нельзя привлекать денежные активы вкладчиков по аналогии как это делает Банк, при этом не имея сопоставимых требований к капиталу, ликвидности, защите потребителя, AML/BSA, юридической ответственности и системному надзору.

Именно здесь криптоиндустрия попала в ловушку собственной логики - а точнее собственной глупости.

⸻

Мы считаем, что на краткосрочном периоде - то есть в этом раунде схватки - криптоиндустрия, скорее всего, проиграет банковской индустрии. При этом не смотря на то, что на долгосроке, она все равно выиграет.

Почему это так?
Потому что криптоиндустрия попытается победить банки, копируя банки.
Она не предложила принципиально новую организацию кредитно-финансовой системы.

Вместо этого - она взяла старую банковскую модель и перенесла ее в цифровую оболочку.

Было: депозит в банке.
Стало: stablecoin на криптоплатформе.

Было: процент по депозиту.
Стало: yield по stablecoin.

Было: централизованное управление ликвидностью банка.
Стало: централизованное управление ликвидностью криптоплатформы.