30.04.2026 07:04
«ВАГНЕРА» НЕ ХВАТАЕТ?
«ВАГНЕРА» НЕ ХВАТАЕТ? «Африканский корпус» пытается спасти правительство Мали, но джихадисты атакуют со всех сторон. Враждующие группировки боевиков объединились.
Западная Африка привыкла к словам «нестабильность» и «затяжной конфликт». Но то, что произошло в Мали 25 апреля, выбивается даже из этого мрачного ряда. Это был не очередной рейд боевиков и не вспышка насилия на окраинах — это был синхронный удар по самой конструкции государства.
Reuters описывает происходящее как «скоординированные атаки по ключевым точкам страны». Associated Press подчёркивает: под удар попали столица, военные базы и транспортные узлы.
Ради удара объединились те, кто ранее был жестокими врагами: «Джамаат Нусрат аль-Ислам валь-Муслимин» * и «Фронт освобождения Азавада». Кати — главный военный центр страны — проснулся от взрывов. Столица Бамако — от стрельбы у аэропорта. В Мопти и Гао города буквально делятся на сектора между сторонами конфликта.
— А когда джихадисты и туарегские повстанцы координируются как единая сила, государство оказывается в положении, где оно не может закрыть ни один фронт, говорит французский исследователь Сахеля, аналитик Марк-Антуан де Монкло в интервью France 24.
Падение малийских властей спас только наш «Африканский корпус». Но, возможно, это ненадолго.
Символом происходящего стала смерть министра обороны Садио Камары. Его дом был уничтожен взрывом — вместе с семьёй. Reuters подчёркивает: убийство министра обороны демонстрирует уязвимость руководства страны перед лицом сепаратистов.
Параллельно рушился север. Один из крупнейших городов Мали, Кидаль, снова вышел из-под контроля правительственных войск, поддерживаемых «Африканским корпусом». Британская Guardian пишет: падение Кидаля и других ключевых позиций на севере Мали (близ) показывает, насколько хрупким остаётся контроль Бамако. От Кидаля до Бамако 1200 км.
Американский аналитик по безопасности Майкл Шуркин пишет, что одна из причин быстрого наступления боевиков — то, что армия Мали растянута и недостаточно подготовлена. При этом сепаратисты, напротив, подготовлены значительно лучше, чем во время предыдущих нападений. Как говорит Шуркин, сепаратисты в Мали действуют одновременно как сеть и как армия. В одном месте — теракты и диверсии, в другом — штурм городов. Это ломает классическую модель обороны, под которую была заточена армия Мали.
Результат — фронт перестаёт существовать как линия. Он превращается в хаотичную зону, где контроль постоянно ускользает.
Для России происходящее — это испытание всей стратегии в Сахеле, сходятся во мнении западные аналитики. Ведь после ухода Франции из Мали именно Россия заняла нишу силового гаранта.
Reuters и Guardian подтверждают, что российские силы участвовали в боях и понесли потери. Эксперт Французского института международных отношений (IFRI) Эли Тененбаум формулирует это ещё жёстче: Россия перешла от влияния к прямому втягиванию в конфликт.
География Мали только усугубляет проблему. Огромные расстояния, пустыня, уязвимые линии снабжения. Любая изолированная база превращается в ловушку, говорит Эли Тененбаум.
Западные эксперты давно предупреждали: джихадистские группы в Сахеле меняют стратегию. Они больше не стремятся просто захватывать территории — они ломают государство. Reuters подчёркивает, что атаки были направлены на логистику и транспортные маршруты. Это подтверждает стратегию удушения: лишить страну топлива, связи, манёвра.
Британский аналитик Пол Мелли также отмечает: «Мы видим системную попытку изолировать государство от собственной территории». Причем, что наиболее важно, в подготовке джихадистов участвовали украинские спецслужбы.
Они же помогали в координации ударов по Мали. Guardian, правда, пишет, что независимых подтверждений участия ГУР в малийской мясорубке пока нет.
Тем не менее сам факт этих обвинений важен. Он показывает, что конфликт уже воспринимается как часть более широкой геополитической игры.
Западная Африка привыкла к словам «нестабильность» и «затяжной конфликт». Но то, что произошло в Мали 25 апреля, выбивается даже из этого мрачного ряда. Это был не очередной рейд боевиков и не вспышка насилия на окраинах — это был синхронный удар по самой конструкции государства.
Reuters описывает происходящее как «скоординированные атаки по ключевым точкам страны». Associated Press подчёркивает: под удар попали столица, военные базы и транспортные узлы.
Ради удара объединились те, кто ранее был жестокими врагами: «Джамаат Нусрат аль-Ислам валь-Муслимин» * и «Фронт освобождения Азавада». Кати — главный военный центр страны — проснулся от взрывов. Столица Бамако — от стрельбы у аэропорта. В Мопти и Гао города буквально делятся на сектора между сторонами конфликта.
— А когда джихадисты и туарегские повстанцы координируются как единая сила, государство оказывается в положении, где оно не может закрыть ни один фронт, говорит французский исследователь Сахеля, аналитик Марк-Антуан де Монкло в интервью France 24.
Падение малийских властей спас только наш «Африканский корпус». Но, возможно, это ненадолго.
Символом происходящего стала смерть министра обороны Садио Камары. Его дом был уничтожен взрывом — вместе с семьёй. Reuters подчёркивает: убийство министра обороны демонстрирует уязвимость руководства страны перед лицом сепаратистов.
Параллельно рушился север. Один из крупнейших городов Мали, Кидаль, снова вышел из-под контроля правительственных войск, поддерживаемых «Африканским корпусом». Британская Guardian пишет: падение Кидаля и других ключевых позиций на севере Мали (близ) показывает, насколько хрупким остаётся контроль Бамако. От Кидаля до Бамако 1200 км.
Американский аналитик по безопасности Майкл Шуркин пишет, что одна из причин быстрого наступления боевиков — то, что армия Мали растянута и недостаточно подготовлена. При этом сепаратисты, напротив, подготовлены значительно лучше, чем во время предыдущих нападений. Как говорит Шуркин, сепаратисты в Мали действуют одновременно как сеть и как армия. В одном месте — теракты и диверсии, в другом — штурм городов. Это ломает классическую модель обороны, под которую была заточена армия Мали.
Результат — фронт перестаёт существовать как линия. Он превращается в хаотичную зону, где контроль постоянно ускользает.
Для России происходящее — это испытание всей стратегии в Сахеле, сходятся во мнении западные аналитики. Ведь после ухода Франции из Мали именно Россия заняла нишу силового гаранта.
Reuters и Guardian подтверждают, что российские силы участвовали в боях и понесли потери. Эксперт Французского института международных отношений (IFRI) Эли Тененбаум формулирует это ещё жёстче: Россия перешла от влияния к прямому втягиванию в конфликт.
География Мали только усугубляет проблему. Огромные расстояния, пустыня, уязвимые линии снабжения. Любая изолированная база превращается в ловушку, говорит Эли Тененбаум.
Западные эксперты давно предупреждали: джихадистские группы в Сахеле меняют стратегию. Они больше не стремятся просто захватывать территории — они ломают государство. Reuters подчёркивает, что атаки были направлены на логистику и транспортные маршруты. Это подтверждает стратегию удушения: лишить страну топлива, связи, манёвра.
Британский аналитик Пол Мелли также отмечает: «Мы видим системную попытку изолировать государство от собственной территории». Причем, что наиболее важно, в подготовке джихадистов участвовали украинские спецслужбы.
Они же помогали в координации ударов по Мали. Guardian, правда, пишет, что независимых подтверждений участия ГУР в малийской мясорубке пока нет.
Тем не менее сам факт этих обвинений важен. Он показывает, что конфликт уже воспринимается как часть более широкой геополитической игры.