На 6-летии моей дочери сестра, посмеиваясь, сказала: «Желаю, чтобы ты выросла не такой заторможеной, как мама!

На 6-летии моей дочери сестра, посмеиваясь, сказала: «Желаю, чтобы ты выросла не такой заторможеной, как мама!». Тогда моя дочь спокойно произнесла: «А можно я всем расскажу твой секрет?». Через минуту сестра выбежала из комнаты в слезах…

Во дворе дома Лидии Петровны царила атмосфера веселья и детского торжества. Ее любимой внучке, Полине, исполнилось шесть лет. Малышка, стоя на табурете, сжимала в руках ленточку от подарка, а на голове у нее красовалась бумажная корона. Вокруг собрались близкие, соседи и друзья из детского сада. Громкий смех, стаканчики с лимонадом и детские песни заполняли пространство. Все шло прекрасно. Мать Полины, Катя, поправила дочке ободок и взглянула на часы. Ее сестра, Алина, с мужем Игорем, как всегда, задерживались. "Не стоило их и звать", - подумала Катя, но мама настояла из-за семейных уз. Отец, Виктор Андреевич, молча занимался мангалом, словно в жаре углей можно было растворить все разногласия. Наконец, машина Алины подъехала, задержавшись почти на сорок минут.

Алина появилась в безупречной белой блузке, олицетворяя элегантность. Следом за ней шел Игорь, одетый в строгий пиджак, с недовольным видом, словно его насильно привели на этот праздник. На локте у Алины висела дорогая коробка, перевязанная бантом. Она поздоровалась с матерью, оставив на щеке легкий поцелуй, бросила на Катю холодный взгляд и прямо спросила, не снимая солнечных очков: "Ну что, именинница готова загадывать желание?". Не дожидаясь ответа, она громко добавила: "Надеюсь, Катя, ты уже обращалась к логопеду? В шесть лет пора бы уже лучше соображать".

Катя почувствовала напряжение в спине. Лидия Петровна тут же возмутилась: "Алина, зачем так говорить при всех? Сегодня же праздник!". "Я же любя", - ответила Алина, снимая очки и вешая их на вырез блузки. "Просто дети развиваются с разной скоростью. Все поправимо, если заниматься". Игорь стоял рядом, ссутулившись, и смотрел сквозь Катю вдаль. Он кивнул Полине, улыбнувшись сдержанно, без тепла. Полина робко прошептала "Здравствуйте!" и спряталась за мамину руку. Катя нежно сжала пальцы дочери, подбадривая: "Не бойся, это твой праздник. Никто тебя не обидит". Стол ломился от угощений: селедка под шубой, оливье, зелень. Алина, только присев, начала распоряжаться, переставила салат ближе к центру, пододвинула пирожки и недовольно поморщилась, увидев пластиковые вилки. "Катя, ну неужели нельзя было достать нормальные приборы? Дети должны видеть, как правильно сервировать стол", - сказала она так, чтобы все услышали. "И как успехи с развивающими занятиями? Я записала племянницу на ментальную арифметику. Это полезно для развития". "Полина ходит на рисование, ей нравится, и в шахматный кружок", - ответила Катя. "Шахматы? Это же скучно. Нужен темп и динамика". Повернувшись к Лидии Петровне, она с заботой добавила: "Мама, ты же понимаешь, что сейчас детям нужно опережать программу, иначе потом отстанут. В нашей семье всегда стремились к лучшему". "В нашей семье всегда хотели казаться лучше", - подумала Катя. Она отпила компот и посмотрела на дочь. Полина рисовала пальцем на запотевшем стакане, сосредоточенно и спокойно. "Не медлительная, а глубокая", - подумала Катя. Начались тосты. Виктор Андреевич пожелал здоровья. Соседи хмыкнули. Алина подняла бокал за Полину: "Пусть догоняет сверстников. И маму пусть подтягивает. Катя у нас творческая, но ей не хватает системы, которая так нужна ребенку". Катя почувствовала, как мама дотронулась до ее колена под столом, призывая не отвечать

Счастливый День