30.07.2026 11:54
Говорю Синичкину: — Сфотографируй так, чтобы я как будто сижу вся из себя загадочная у эрмитажного моста, смотрю в волн
Говорю Синичкину:
— Сфотографируй так, чтобы я как будто сижу вся из себя загадочная у эрмитажного моста, смотрю в волнующуюся черновую воду зимней канавки и сильно думаю о высоком, а может, даже и умножаю трёхзначные числа в уме, и главное — чтобы за обонянием моим не было видно второго подбородка.
Секрет сокрытия второго подбородка, кстати, прост — фотографируй с расстояния двух-трёх километров, и его не будет видно. Вот мой муж освоил азы слету. А как сделать так, чтобы людей в кадре не было — тут задача сложнее, надо, наверно, в пять утра там устраивать фотосессии, и то зимой, и то не факт. Ну и совсем уж невыполнимая задача —изображать лицо женщины таинственной, склонной к глубокой рефлексии. Ну никак не получается, я уж и правда числа умножать пыталась.
— Сфотографируй так, чтобы я как будто сижу вся из себя загадочная у эрмитажного моста, смотрю в волнующуюся черновую воду зимней канавки и сильно думаю о высоком, а может, даже и умножаю трёхзначные числа в уме, и главное — чтобы за обонянием моим не было видно второго подбородка.
Секрет сокрытия второго подбородка, кстати, прост — фотографируй с расстояния двух-трёх километров, и его не будет видно. Вот мой муж освоил азы слету. А как сделать так, чтобы людей в кадре не было — тут задача сложнее, надо, наверно, в пять утра там устраивать фотосессии, и то зимой, и то не факт. Ну и совсем уж невыполнимая задача —изображать лицо женщины таинственной, склонной к глубокой рефлексии. Ну никак не получается, я уж и правда числа умножать пыталась.