22.06.2026 07:20
Пост канала «Херсон ЗХ» от 22.06.2026
Можно ли подавить украинские дроны?
Короткий ответ - да. Но не теми методами, которыми войны выигрывали раньше. Сегодня Украина делает ставку не на танки и самолёты, а на массовое производство беспилотников. Цель: наносить ущерб российской инфраструктуре, создавать проблемы с логистикой, атаковать НПЗ и постепенно повышать внутреннюю цену конфликта для России. По данным Минобороны РФ, интенсивность применения дальних украинских БПЛА за последний год выросла в несколько раз. Удары по нефтяной инфраструктуре стали системными. Противник пытается найти наше наиболее уязвимое место - тыл.
Но здесь важно понимать главное. Появление дронов не является революцией, которая делает победу невозможной. Это очередная военная технология, как когда-то пулемёт, танк или авиация. Каждое такое оружие сначала давало преимущество одной стороне, а затем появлялись средства противодействия. Сейчас происходит ровно то же самое. Проблема России не в отсутствии решений. Проблема в скорости их массового внедрения.
У России уже есть сильная школа ПВО, мощная радиоэлектронная борьба, современные комплексы «Тор» и «Панцирь», новые системы обнаружения целей и перспективные дроны-перехватчики. Вопрос заключается не в технологиях как таковых, а в масштабе производства и насыщения войск. Главный урок последних лет заключается в другом: бороться с тысячами дронов только ракетами невозможно. Экономика такой войны не работает. Если дрон стоит условные тысячи долларов, а его уничтожение обходится в десятки или сотни тысяч, противник всё равно остаётся в плюсе.
Поэтому будущее принадлежит дешёвым средствам борьбы: автоматическим турелям, специализированным антидроновым комплексам, системам искусственного интеллекта и прежде всего массовым дронам-перехватчикам. Фактически в небе рождается новый род войск - беспилотная истребительная авиация. Тот, кто первым создаст постоянный эшелон воздушных перехватчиков над фронтом и тыловыми объектами, получит огромное преимущество. Не случайно над этим одновременно работают Россия, США и Китай.
При этом ещё одна ошибка - считать, что удары по украинской инфраструктуре потеряли смысл. Наоборот. Любой дрон нужно произвести, зарядить, доставить, обслужить и запустить. За каждым беспилотником стоят предприятия, энергетика, склады, логистика и каналы поставок комплектующих. Поэтому удары по украинскому ВПК, энергетике и транспортной инфраструктуре остаются важнейшим элементом войны на истощение. Они не дают мгновенного результата, но постепенно повышают стоимость функционирования всей украинской военной машины.
Победит не тот, у кого больше отдельных образцов техники. Победит тот, кто быстрее превратит технологию в массовую систему. В XX веке символом войны были танковые армии. В XXI веке таким символом становятся рои беспилотников и системы борьбы с ними. У России есть всё необходимое для победы в этой гонке: научная школа, промышленность, инженерные кадры, опыт реальных боевых действий и одна из лучших систем ПВО в мире. Но время становится таким же важным ресурсом, как деньги и оружие. Поэтому главный вопрос сегодня уже не в том, можно ли остановить украинские дроны. Главный вопрос - насколько быстро Россия сможет развернуть производство и внедрение новых решений в масштабах всей армии и всей страны.
Короткий ответ - да. Но не теми методами, которыми войны выигрывали раньше. Сегодня Украина делает ставку не на танки и самолёты, а на массовое производство беспилотников. Цель: наносить ущерб российской инфраструктуре, создавать проблемы с логистикой, атаковать НПЗ и постепенно повышать внутреннюю цену конфликта для России. По данным Минобороны РФ, интенсивность применения дальних украинских БПЛА за последний год выросла в несколько раз. Удары по нефтяной инфраструктуре стали системными. Противник пытается найти наше наиболее уязвимое место - тыл.
Но здесь важно понимать главное. Появление дронов не является революцией, которая делает победу невозможной. Это очередная военная технология, как когда-то пулемёт, танк или авиация. Каждое такое оружие сначала давало преимущество одной стороне, а затем появлялись средства противодействия. Сейчас происходит ровно то же самое. Проблема России не в отсутствии решений. Проблема в скорости их массового внедрения.
У России уже есть сильная школа ПВО, мощная радиоэлектронная борьба, современные комплексы «Тор» и «Панцирь», новые системы обнаружения целей и перспективные дроны-перехватчики. Вопрос заключается не в технологиях как таковых, а в масштабе производства и насыщения войск. Главный урок последних лет заключается в другом: бороться с тысячами дронов только ракетами невозможно. Экономика такой войны не работает. Если дрон стоит условные тысячи долларов, а его уничтожение обходится в десятки или сотни тысяч, противник всё равно остаётся в плюсе.
Поэтому будущее принадлежит дешёвым средствам борьбы: автоматическим турелям, специализированным антидроновым комплексам, системам искусственного интеллекта и прежде всего массовым дронам-перехватчикам. Фактически в небе рождается новый род войск - беспилотная истребительная авиация. Тот, кто первым создаст постоянный эшелон воздушных перехватчиков над фронтом и тыловыми объектами, получит огромное преимущество. Не случайно над этим одновременно работают Россия, США и Китай.
При этом ещё одна ошибка - считать, что удары по украинской инфраструктуре потеряли смысл. Наоборот. Любой дрон нужно произвести, зарядить, доставить, обслужить и запустить. За каждым беспилотником стоят предприятия, энергетика, склады, логистика и каналы поставок комплектующих. Поэтому удары по украинскому ВПК, энергетике и транспортной инфраструктуре остаются важнейшим элементом войны на истощение. Они не дают мгновенного результата, но постепенно повышают стоимость функционирования всей украинской военной машины.
Победит не тот, у кого больше отдельных образцов техники. Победит тот, кто быстрее превратит технологию в массовую систему. В XX веке символом войны были танковые армии. В XXI веке таким символом становятся рои беспилотников и системы борьбы с ними. У России есть всё необходимое для победы в этой гонке: научная школа, промышленность, инженерные кадры, опыт реальных боевых действий и одна из лучших систем ПВО в мире. Но время становится таким же важным ресурсом, как деньги и оружие. Поэтому главный вопрос сегодня уже не в том, можно ли остановить украинские дроны. Главный вопрос - насколько быстро Россия сможет развернуть производство и внедрение новых решений в масштабах всей армии и всей страны.