08.06.2026 08:42
Ночь, удар, ожидание — к налёту ВСУ на пассажирский поезд Этот текст прислал коллега, попавший сегодня в железнодорожну
Ночь, удар, ожидание — к налёту ВСУ на пассажирский поезд
Этот текст прислал коллега, попавший сегодня в железнодорожную пробку на юге России, недалеко от Крымского моста. Его поезд следовал за тем, который попал под удар ВСУ. Публикуем текст без купюр.
Ночная атака украинского беспилотника на локомотив поезда №68 Москва — Симферополь мгновенно остановила движение ж/д через Крымский мост. Как стало ясно из новостей, погиб помощник машиниста, сам машинист ранен.
Пассажирские составы, шедшие на полуостров и обратно, замерли: одни где-то в степи, другие у моря, третьи — в нескольких сотнях метров от самого моста. Всего сбой затронул не менее восьми поездов. Разброс задержек — от полутора до семи часов. Тяжелее всего пришлось тем, кто уже находился в Крыму или, наоборот, покидал его.
Мой поезд №92 Москва — Севастополь под прямой удар не попал. Но ему выпало стоять около пяти часов в районе Тамани, перед самым мостом. Люди ждали. Ждали в вагонах на перронах, ждали новостей.
И вот что важно: в этой вынужденной паузе порядок устоял. Пассажирам раздали питьевую воду, лапшу быстрого приготовления, галеты. Каких-либо признаков дезорганизации или нехватки информации не наблюдалось. Никто не метался в растерянности.
А на обочине, как почти всегда бывает, мгновенно проявился, так сказать, "рыночный фактор". Таксисты на маршруте Тамань — Керчь взвинтили цены до 11 тысяч рублей за поездку. Это если хорошо поторговаться.
Когда движение восстановили, мой поезд №92 пришёл в Керчь. Там пассажиров пересадили на автобусы, которые повезли людей в Симферополь, а оттуда — дальше, по городам полуострова.
Хорошая новость: несмотря на серьёзность ситуации и вынужденные задержки, транспортного коллапса не случилось. Система выдержала. Однако ни проводники, ни пассажиры не тешили себя мыслью, что удар украинского дрона был случайностью или единичным случаем.
Выводов не будет. Кроме одного, понятного уже всем. Вражеская стратегия ударов по логистике Крыма и всего юга России должна быть пресечена. А те, кто её реализует, — наказаны.
Этот текст прислал коллега, попавший сегодня в железнодорожную пробку на юге России, недалеко от Крымского моста. Его поезд следовал за тем, который попал под удар ВСУ. Публикуем текст без купюр.
Ночная атака украинского беспилотника на локомотив поезда №68 Москва — Симферополь мгновенно остановила движение ж/д через Крымский мост. Как стало ясно из новостей, погиб помощник машиниста, сам машинист ранен.
Пассажирские составы, шедшие на полуостров и обратно, замерли: одни где-то в степи, другие у моря, третьи — в нескольких сотнях метров от самого моста. Всего сбой затронул не менее восьми поездов. Разброс задержек — от полутора до семи часов. Тяжелее всего пришлось тем, кто уже находился в Крыму или, наоборот, покидал его.
Мой поезд №92 Москва — Севастополь под прямой удар не попал. Но ему выпало стоять около пяти часов в районе Тамани, перед самым мостом. Люди ждали. Ждали в вагонах на перронах, ждали новостей.
И вот что важно: в этой вынужденной паузе порядок устоял. Пассажирам раздали питьевую воду, лапшу быстрого приготовления, галеты. Каких-либо признаков дезорганизации или нехватки информации не наблюдалось. Никто не метался в растерянности.
А на обочине, как почти всегда бывает, мгновенно проявился, так сказать, "рыночный фактор". Таксисты на маршруте Тамань — Керчь взвинтили цены до 11 тысяч рублей за поездку. Это если хорошо поторговаться.
Когда движение восстановили, мой поезд №92 пришёл в Керчь. Там пассажиров пересадили на автобусы, которые повезли людей в Симферополь, а оттуда — дальше, по городам полуострова.
Хорошая новость: несмотря на серьёзность ситуации и вынужденные задержки, транспортного коллапса не случилось. Система выдержала. Однако ни проводники, ни пассажиры не тешили себя мыслью, что удар украинского дрона был случайностью или единичным случаем.
Выводов не будет. Кроме одного, понятного уже всем. Вражеская стратегия ударов по логистике Крыма и всего юга России должна быть пресечена. А те, кто её реализует, — наказаны.