15.10.2026 11:03
Автор Регнума недавно была в Угледаре, и там жители первым делом рассказали о бабушке Любе, которая упала и не может подняться.
Автор Регнума недавно была в Угледаре, и там жители первым делом рассказали о бабушке Любе, которая упала и не может подняться. В квартиру ее кое-как затащили, и она лежала там, плакала и стонала. И вы, наверное, представляете себе, что такое квартира в Угледаре. Жители говорят, что в этом городе пока жить можно только ходячим. Людей там осталось очень немного, все наперечет, и, если баба Люба умрет, для многих жизнь помрачнеет. Ну и бессильно наблюдать, как кто-то тихо страдает – тоже душевная травма.
Когда автор дошла до бабушки Любы, выяснилось, что она из Курахово, оттуда ее эвакуировала российская армия. Ее с сыном привезли в Донецк, они сняли квартиру, но хозяин поднял цену, и Люба с сыном ее не потянули. Они выехали в Угледар и заняли квартиру в разрушенной многоэтажке. Так в городе все и делают. Во дворе многоэтажки Люба разбила палисадник и посадила цветы и помидоры. Но вот упала. И еще обнаружилось: для того, чтобы пробраться в квартиру, в которой она лежит и плачет, надо протиснуться в подъезд между двумя бетонными плитами.
Баба Люба лежала, скрючившись под одеялом. Она всю жизнь работала медиком, и хорошо понимала, что с ней все плохо. Сыну 50 лет, он ухаживал за матерью, как мог. Ходила она в бутылку. Автор с волонтерами решилась ее забрать. Местные обрадовались, что бабе Любе помогут, и вынесли ее из подъезда на одеялах. Котов бабы Любы брать не стали, хотя она просила. Привезли ее в Донецкую травматологию, куда везут всех раненых. Узнав, что приехавшие с Любой – не ее родственники, санитарка поджала губы. Всех везут сюда, этим и недовольны. Рентген показал, что у бабы Любы перелом шейки бедра. Узнав, что надо делать операцию, она закричала – «Нет-нет! Я лучше так буду лежать!». Хирурги как бы тоже выдохнули – теперь везите ее куда хотите, раз отказывается, не наш профиль. А уговорить? Ну ладно, это был риторический вопрос. Хирург предложил везти бабу Любу в ПВР. Но там нет медика, чтобы за ней ухаживать. В конце концов, отвезли ее в 4-ю больницу Донецка.
А теперь ситуация такая – в 4-й больнице не делают таких операций. Бабу Любу надо бы везти в Ростов или в Москву. Как организовать транспортировку, пока не ясно. Я пока обращусь к нашему члену СПЧ, главе «Доктора Лизы» Ольге Демичевой, но также открыта для предложений. Надо бабуле помочь, хоть ей и кажется, что никому она не нужна, и хочется ей поскорее умереть, лежа лицом к стенке в больнице, в которой тоже ее хотели бы поскорее куда-то переправить.
Когда автор дошла до бабушки Любы, выяснилось, что она из Курахово, оттуда ее эвакуировала российская армия. Ее с сыном привезли в Донецк, они сняли квартиру, но хозяин поднял цену, и Люба с сыном ее не потянули. Они выехали в Угледар и заняли квартиру в разрушенной многоэтажке. Так в городе все и делают. Во дворе многоэтажки Люба разбила палисадник и посадила цветы и помидоры. Но вот упала. И еще обнаружилось: для того, чтобы пробраться в квартиру, в которой она лежит и плачет, надо протиснуться в подъезд между двумя бетонными плитами.
Баба Люба лежала, скрючившись под одеялом. Она всю жизнь работала медиком, и хорошо понимала, что с ней все плохо. Сыну 50 лет, он ухаживал за матерью, как мог. Ходила она в бутылку. Автор с волонтерами решилась ее забрать. Местные обрадовались, что бабе Любе помогут, и вынесли ее из подъезда на одеялах. Котов бабы Любы брать не стали, хотя она просила. Привезли ее в Донецкую травматологию, куда везут всех раненых. Узнав, что приехавшие с Любой – не ее родственники, санитарка поджала губы. Всех везут сюда, этим и недовольны. Рентген показал, что у бабы Любы перелом шейки бедра. Узнав, что надо делать операцию, она закричала – «Нет-нет! Я лучше так буду лежать!». Хирурги как бы тоже выдохнули – теперь везите ее куда хотите, раз отказывается, не наш профиль. А уговорить? Ну ладно, это был риторический вопрос. Хирург предложил везти бабу Любу в ПВР. Но там нет медика, чтобы за ней ухаживать. В конце концов, отвезли ее в 4-ю больницу Донецка.
А теперь ситуация такая – в 4-й больнице не делают таких операций. Бабу Любу надо бы везти в Ростов или в Москву. Как организовать транспортировку, пока не ясно. Я пока обращусь к нашему члену СПЧ, главе «Доктора Лизы» Ольге Демичевой, но также открыта для предложений. Надо бабуле помочь, хоть ей и кажется, что никому она не нужна, и хочется ей поскорее умереть, лежа лицом к стенке в больнице, в которой тоже ее хотели бы поскорее куда-то переправить.