В контекст вводить не буду, разберём сам эфир и коммуникативные приёмы.
Вначале Боня говорит
: «я обратилась по насущим вопросам… которые тревожат людей», а в ответ услышала оскорбление, но не хочу уходить в срачку.
Она обозначает границы, но снижает значимость конфликта.
Её «хотелось бы услышать от вас извинения» звучит «так принято», скажите и пойдем дальше.
Но это правильно, зачем выходить в эфир, чтобы обсуждать кто кого как обозвал?
Соловьёв извиняется, но за форму: он не говорит «я был неправ», он говорит «я сказал это резко», т.е снижает напряжение , но не сдает позиции и тут же переводит разговор: «меня стригерило… когда вы сказали “вас боятся”» .
Заметили как он сменил тему?
Они уже не обсуждают, допустимо ли оскорбление в прямом эфире, они обсуждают, боятся ли люди президента.
И он тут же фиксирует «Путина народ любит, а не боится»
И вместо того чтобы спорить с тем, что она говорит, он обесценивает источник информации: в
ы это взяли из Инстаграма, там фейки, а значит, вашим словам нельзя доверять.
И подкрепляет это примером с сыном, и хотя частное не равно общему, это звучит убедительно.
Хороший приём: не разбирать аргументы, а обесценить источник.
Когда источник недостоверный, то и обсуждать нечего.
Боня приводит свой аргумент: меня посмотрели 30 млн, тоже норм ход, когда нет институционального веса.
Но Соловьёв снова меняет тему:
«есть мир Инстаграма, а есть другой мир»
Он делит людей на «мы» и «они».
И в этой логике всё, что из «другого мира», менее значимо: «война идет… у нас прилеты» .
Он не спорит с тем, что она говорит.
Он говорит, что это вторично. Не «это неправда», а «это сейчас не главное»
А дальше Боня встает перед выбором, отстаивать, что в инсте тоже люди, и у них тоже проблемы, и они хотят быть услышанными или сместить фокус на то, о чем она сказала в своем обращении: про платформу, где люди могли бы делиться своими проблемами.
В первом случае каждый остался бы при своем: эти аргументы про разное, как теплое с мягким, и диалог бы не пришел к чему-то общему.
Поэтому она смещается на
«есть проблемы, их нужно озвучивать и важно, чтобы был канал, где люди могут говорить и быть услышанными»
Соловьёв это подхватывает и предлагает свою площадку возвращая себе контроль, и предлагая Боне эфирное время.
На этом конфликт исчерпан, с обсуждения кто прав, они обсуждают что делать, на чем и расходятся.
В итоге вся встреча завершается тем, ради чего затевалась на самом деле: Никому из них этот конфликт не нужен.
Соловьёву, потому что он перегнул палку и ему пришлось сгладить ситуацию.
Боне, потому что она внезапно оказалась внутри политического скандала, а её повестка не про это.
И в итоге каждый решил свою задачу:
Публично зарыли топор войны и каждый пошел заниматься своими делами.
Думаю, что эфирное время Боня у Соловьева не возьмет, он не будет просить ее проверить и вряд ли мы еще услышим от Виктории что либо подобное.
Смотрели? Какие мнения?
В контекст вводить не буду, разберём сам эфир и коммуникативные приёмы.
