27.05.2026 13:48
Пост канала «Интересная Уфа | Новости Уфы и Башкирии» от 27.05.2026
🍯 Башкирский мёд: почему его ели космонавты, воспевал Шевчук — и до сих пор возят чемоданами
Уфу давно называют медовой столицей России: Башкирский мёд годами всплывает в народных рейтингах как один из самых любимых в стране — рядом с Алтаем и Краснодарским краем. Для республики это уже не просто сладость, а почти отдельный символ.
Всё начинается с бурзянской пчелы
В Уфе про неё даже шутка есть:
— Чем отличается башкирская пчела от татарской?
— Татарская жужжит: «З-з-з». А башкирская: «Ҙ-ҙ-ҙ».
Шутка шуткой, но бурзянская пчела и правда особенная. Тёмная, почти без привычной жёлтой полосатости, поменьше южных пород и с характером — пчеловоды говорят, злая. Зато переживает такие зимы, после которых другие семьи просто не выходят из улья. Живёт в дуплах, чаще сосновых, быстро работает во время короткого северного лета и почти не терпит чужаков рядом.
Сейчас биологи переживают за другое: бурзянку постепенно смешивают с завозными породами. Если так пойдёт дальше, чистая линия может исчезнуть через несколько десятилетий.
Бортничество
А ещё в Башкирии до сих пор живо бортничество — старый лесной промысел, которому сотни лет.
Бортник лезет на дерево на высоту трёхэтажного дома без страховки, почти по голому стволу. Помогают только кирам — кожаный ремень с петлями — и деревянная ступенька лянге. Внутри дерева выдолблена борть, где живут дикие пчёлы.
Ещё в XVIII веке академик Иван Лепехин писал, что некоторые башкирские семьи держали сотни таких деревьев. И каждое помечали своей тамгой — родовым знаком.
Космический статус и медовая валюта
Башкирский мёд давно вышел за пределы ярмарок и сувенирных лавок. Его отправляют даже в рацион космонавтов. Перед полётами мёд везут на завод в Бирюлёво, где фасуют в тубы для экипажей орбитальных станций.
А в 1983 году о нём спел Юрий Шевчук — ещё в уфимский период «ДДТ»:
«…Ему и слава, и почет,
Ты — козырь наш, Башкирский мед».
И это была не просто красивая строчка. В позднем СССР башкирский мёд считался почти валютой: хорошая банка могла открыть нужные двери в Москве быстрее многих знакомств.
Название «Башкирский мёд» официально зарегистрировали ещё в 2005 году. Из-за этого производители из других регионов не раз судились за право использовать бренд.
Каждый год в Башкирии получают около 11–12 тысяч тонн мёда. Почти половину оставляют самим пчёлам на зимовку. Остальное разъезжается по России и уходит на экспорт — в Китай, Вьетнам, ОАЭ.
И да, люди, которые действительно разбираются в мёде, обычно спрашивают не просто «башкирский или нет». Их интересует район. Липовый из горных лесов или степное разнотравье — вкус у них совсем разный.
Уфу давно называют медовой столицей России: Башкирский мёд годами всплывает в народных рейтингах как один из самых любимых в стране — рядом с Алтаем и Краснодарским краем. Для республики это уже не просто сладость, а почти отдельный символ.
Всё начинается с бурзянской пчелы
В Уфе про неё даже шутка есть:
— Чем отличается башкирская пчела от татарской?
— Татарская жужжит: «З-з-з». А башкирская: «Ҙ-ҙ-ҙ».
Шутка шуткой, но бурзянская пчела и правда особенная. Тёмная, почти без привычной жёлтой полосатости, поменьше южных пород и с характером — пчеловоды говорят, злая. Зато переживает такие зимы, после которых другие семьи просто не выходят из улья. Живёт в дуплах, чаще сосновых, быстро работает во время короткого северного лета и почти не терпит чужаков рядом.
Сейчас биологи переживают за другое: бурзянку постепенно смешивают с завозными породами. Если так пойдёт дальше, чистая линия может исчезнуть через несколько десятилетий.
Бортничество
А ещё в Башкирии до сих пор живо бортничество — старый лесной промысел, которому сотни лет.
Бортник лезет на дерево на высоту трёхэтажного дома без страховки, почти по голому стволу. Помогают только кирам — кожаный ремень с петлями — и деревянная ступенька лянге. Внутри дерева выдолблена борть, где живут дикие пчёлы.
Ещё в XVIII веке академик Иван Лепехин писал, что некоторые башкирские семьи держали сотни таких деревьев. И каждое помечали своей тамгой — родовым знаком.
Космический статус и медовая валюта
Башкирский мёд давно вышел за пределы ярмарок и сувенирных лавок. Его отправляют даже в рацион космонавтов. Перед полётами мёд везут на завод в Бирюлёво, где фасуют в тубы для экипажей орбитальных станций.
А в 1983 году о нём спел Юрий Шевчук — ещё в уфимский период «ДДТ»:
«…Ему и слава, и почет,
Ты — козырь наш, Башкирский мед».
И это была не просто красивая строчка. В позднем СССР башкирский мёд считался почти валютой: хорошая банка могла открыть нужные двери в Москве быстрее многих знакомств.
Название «Башкирский мёд» официально зарегистрировали ещё в 2005 году. Из-за этого производители из других регионов не раз судились за право использовать бренд.
Каждый год в Башкирии получают около 11–12 тысяч тонн мёда. Почти половину оставляют самим пчёлам на зимовку. Остальное разъезжается по России и уходит на экспорт — в Китай, Вьетнам, ОАЭ.
И да, люди, которые действительно разбираются в мёде, обычно спрашивают не просто «башкирский или нет». Их интересует район. Липовый из горных лесов или степное разнотравье — вкус у них совсем разный.