15.08.2026 04:56
УЧИЛКА.
УЧИЛКА. Её отправили в умирающий поселок на замену четвёртой учительнице за год, где подростки ждали лишь повода, чтобы сломать очередную «птичку...
— Девушка, вы, собственно, к кому? — из двери с табличкой «Учительская» выглянула полная женщина в пуховом платке. — Если насчет супружеского общежития, то это в поссовет.
— Я… новая учительница, — Ася попыталась улыбнуться, но губы онемели от холода и волнения. — Русский язык и литература. Ветрова Ася Львовна. Меня ждут.
В коридоре повисла пауза. А потом кто-то из парней тихо и вульгарно хрюкнул от смеха. «Ася»… Это звучало как кличка для болонки, а не как имя учителя.
— Ждут-с, — женщина окинула ее скептическим взглядом, задержавшись на мокром подоле и старомодной броши, приколотой к воротнику. — Все мы ждем. Ну, проходите. Только вы бы это… вид у вас больно несерьезный. Одиннадцатый «Б» вам дали? Там не ученики — волки матерые. Вы у них по счету четвертая за последний год. Держитесь.
Держитесь. Хороший совет. Ася прошла в учительскую, чувствуя спиной тяжесть чужих взглядов. Она не знала, что первый акт спектакля уже начался, и Пашка Самохин, затолкав окурок в щель между половицами, уже придумывал...
— Девушка, вы, собственно, к кому? — из двери с табличкой «Учительская» выглянула полная женщина в пуховом платке. — Если насчет супружеского общежития, то это в поссовет.
— Я… новая учительница, — Ася попыталась улыбнуться, но губы онемели от холода и волнения. — Русский язык и литература. Ветрова Ася Львовна. Меня ждут.
В коридоре повисла пауза. А потом кто-то из парней тихо и вульгарно хрюкнул от смеха. «Ася»… Это звучало как кличка для болонки, а не как имя учителя.
— Ждут-с, — женщина окинула ее скептическим взглядом, задержавшись на мокром подоле и старомодной броши, приколотой к воротнику. — Все мы ждем. Ну, проходите. Только вы бы это… вид у вас больно несерьезный. Одиннадцатый «Б» вам дали? Там не ученики — волки матерые. Вы у них по счету четвертая за последний год. Держитесь.
Держитесь. Хороший совет. Ася прошла в учительскую, чувствуя спиной тяжесть чужих взглядов. Она не знала, что первый акт спектакля уже начался, и Пашка Самохин, затолкав окурок в щель между половицами, уже придумывал...