Возвращаясь к встрече Владимира Путина с дагестанскими чиновниками, которая для большинства присутствовавших за столом стала неожиданной, отметим: как…

Возвращаясь к встрече Владимира Путина с дагестанскими чиновниками, которая для большинства присутствовавших за столом стала неожиданной, отметим: какие бы высокопарные слова ни звучали из уст Заура Аскендерова, представлявшего Фёдора Щукина, они, как мы понимаем, во многом далеки от реальности. Кандидатура же Федора Щукина если и называлась изредка в кулуарах, мало воспринималась всерьез в качестве кандидата на главный пост. В республике считается креатурой сенатора Сулеймана Керимова, и, во многом, полагаем, именно его фигура сыграла важную роль при подборе кандидатов.

Начнем с того, что подбор участников встречи с президентом судя по всему подбирался на по национальному признаку:
▶️аварец - Хизри Абакаров,
▶️даргинец - Нурбаганд Нурбагандов,
▶️кумык - Заур Аскендеров,
▶️лакец Камил Давдиев,
▶️лезгин - Мусафин Велимурадов
▶️табасаранец - Имран Аваев. Наличные двух кумыков видимо связано с тем что Джамбулат Салавов представлял ассоциацию «Совет муниципальных образований» председателем которой он является.

По нашим данным, встреча доя её участников стала неожиданностью и инструкции они получили уже по прилету в Москву. Неожиданностью такой формам перехода власти полагаем стала и для Сергея. Меликова, который этом время находился на форуме Кавминводах.

Любопытно было наблюдать за реакциями и мимикой участников встречи, с учетом того, что как минимум трое из них грезили или примеряли на себя обсуждаемую «вакансию».

Наверное, комментируя формат встречи, стоит отметить её новый и в определённой степени беспрецедентный характер, когда представители региона сами предлагают кандидатуры как на пост главы субъекта, так и на пост председателя правительства на рассмотрение Владимиру Путину.

Обычно президент сам вносит кандидатуру на должность главы региона на рассмотрение регионального парламента, а тот уже формирует правительство, в том числе через назначение председателя правительства с последующим согласованием в парламенте.

Ещё одно интересное наблюдение — президент, возможно, впервые не встречается и не общается, даже через ВКС, с предполагаемым кандидатом на должность главы субъекта, а также не стал публично прощаться и благодарить уходящего руководителя. Хотя не исключено, что такая встреча ещё может состояться, но на данный момент ситуация выглядит именно так.

Почему-то, представляя Фёдора Щукина, Заур Аскендеров делает акцент на наличии у кандидата дагестанской прописки как на важном элементе, хотя в данном контексте это само по себе ничего не значит, и акцент на этом выглядит малосущественным. Тем более когда следом подчёркивается, что в республике он проживает менее двух лет.

Очевидно, что за это время невозможно в полной мере погрузиться в дагестанские реалии и их специфику. Тем более что времени на это у Щукина фактически не было — с учётом его основной задачи по улучшению качества работы судейского корпуса и закрытию вакантных должностей. И те, кто лоббировал кандидатуру судьи на пост главы региона, не могли этого не понимать.

Если бывший полпред президента в СКФО, имея дагестанские корни и определённый управленческий опыт, не в полной мере справился с задачами и не стал «своим» в регионе, то вероятность того, что выходец из Нижнего Новгорода, не имея собственной команды, на которую он мог бы опереться, быстро станет «своим», ещё ниже. Тем более что в силу профессии его контакт «снизу» объективно ограничен.

При этом нельзя не отметить, что у Щукина всё же есть своя команда — однако она сформирована преимущественно из представителей судебной системы. И, судя по принимаемым решениям, эта команда уже пытается ломать устоявшиеся практики внутри судебной системы республики, что само по себе является отдельным и неоднозначно воспринимаемым процессом.

Продолжение в следующей публикации