02.07.2026 16:24
— Такие вещи не для вашего кошелька, — усмехнулась продавщица, скользнув взглядом по лёгкой выцветшей куртке посетительницы.
— Такие вещи не для вашего кошелька, — усмехнулась продавщица, скользнув взглядом по лёгкой выцветшей куртке посетительницы.
Марина даже не вздрогнула. Она привыкла к таким взглядам — быстрым, оценивающим, будто человек перед тобой уже заранее рассортирован по категориям: «стоит внимания» и «проходи мимо». Она лишь чуть крепче сжала ремешок сумки и спокойно посмотрела на витрину, где под мягким светом ламп переливались подвески с камнями.
— Мне просто посмотреть, — сказала она тихо, но без заискивания. — Я не тороплюсь.
Продавщица фыркнула едва слышно и отошла к другому концу прилавка, демонстративно занявшись протиранием стекла. Марина не обиделась. Обида требовала слишком много сил, а у неё их почти не осталось.
Марина даже не вздрогнула. Она привыкла к таким взглядам — быстрым, оценивающим, будто человек перед тобой уже заранее рассортирован по категориям: «стоит внимания» и «проходи мимо». Она лишь чуть крепче сжала ремешок сумки и спокойно посмотрела на витрину, где под мягким светом ламп переливались подвески с камнями.
— Мне просто посмотреть, — сказала она тихо, но без заискивания. — Я не тороплюсь.
Продавщица фыркнула едва слышно и отошла к другому концу прилавка, демонстративно занявшись протиранием стекла. Марина не обиделась. Обида требовала слишком много сил, а у неё их почти не осталось.