26.10.2026 16:09
Муж со свекровью не пустили меня с новорождённым домой: «Нагуляла — живи на вокзале!
Муж со свекровью не пустили меня с новорождённым домой: «Нагуляла — живи на вокзале!». Через 3 дня он ползал у моих ног.
— Чего трезвонишь? — негромко спросила свекровь, не снимая цепочки. — Люди отдыхают.
— Открой, Галина Дмитриевна, — сказала я, перехватывая ребёнка поудобнее. — Тут сквозняк с мусоропровода тянет. Почему замок другой?
— Потому что прежний сломался, — спокойно ответила она и оглядела конверт в моих руках без тени интереса. — И вообще, Даша, стоять тут не надо. Ни к чему этот спектакль.
— Какой спектакль? Где Максим? Пусть откроет.
Из глубины коридора донеслось шуршание домашних тапок. В проёме показался муж. На нём были серые шорты и футболка, ворот которой был смят. В правой руке он держал брелок с ключами, нервно перебирая пальцами латунную головку с жёлтой пластиковой биркой.
— Максим, сними дверь с цепочки, — я сделала шаг вперёд. — Илья замёрзнет.
Муж на меня даже не взглянул. Он нагнулся, снял цепочку, толкнул дверь наружу и тут же выставил за порог две объёмные клетчатые сумки. Из одной торчал угол моего махрового халата вперемешку с пачкой детских подгузников.
— Даже не пытайся сюда зайти, Даша, — громко, с расстановкой произнёс Максим, глядя поверх моей головы на соседскую дверь. — Мама мне глаза открыла. Мальчишка твой чернявый, не нашей породы. У Авдеевых отродясь таких не водилось.
— Ты в своём уме? — у меня перехватило дыхание. — Ты что несёшь? Пять дней назад ты сам меня в приёмный покой отвозил!
— Пять дней назад я дураком был, — отрезал он и шагнул назад, заслоняя прихожую. — У меня теперь живёт Юля. Настоящая женщина, которая меня уважает, а не попрекает каждой копейкой. А ты где нагуляла своего приёмыша, туда с ним и катись! Нагуляла — живи на вокзале!
— На каком вокзале, Максим? — я посмотрела ему прямо в глаза. — Это квартира Николая Борисовича. Ты забыл, чей это дом?
Читайте продолжение...👇
— Чего трезвонишь? — негромко спросила свекровь, не снимая цепочки. — Люди отдыхают.
— Открой, Галина Дмитриевна, — сказала я, перехватывая ребёнка поудобнее. — Тут сквозняк с мусоропровода тянет. Почему замок другой?
— Потому что прежний сломался, — спокойно ответила она и оглядела конверт в моих руках без тени интереса. — И вообще, Даша, стоять тут не надо. Ни к чему этот спектакль.
— Какой спектакль? Где Максим? Пусть откроет.
Из глубины коридора донеслось шуршание домашних тапок. В проёме показался муж. На нём были серые шорты и футболка, ворот которой был смят. В правой руке он держал брелок с ключами, нервно перебирая пальцами латунную головку с жёлтой пластиковой биркой.
— Максим, сними дверь с цепочки, — я сделала шаг вперёд. — Илья замёрзнет.
Муж на меня даже не взглянул. Он нагнулся, снял цепочку, толкнул дверь наружу и тут же выставил за порог две объёмные клетчатые сумки. Из одной торчал угол моего махрового халата вперемешку с пачкой детских подгузников.
— Даже не пытайся сюда зайти, Даша, — громко, с расстановкой произнёс Максим, глядя поверх моей головы на соседскую дверь. — Мама мне глаза открыла. Мальчишка твой чернявый, не нашей породы. У Авдеевых отродясь таких не водилось.
— Ты в своём уме? — у меня перехватило дыхание. — Ты что несёшь? Пять дней назад ты сам меня в приёмный покой отвозил!
— Пять дней назад я дураком был, — отрезал он и шагнул назад, заслоняя прихожую. — У меня теперь живёт Юля. Настоящая женщина, которая меня уважает, а не попрекает каждой копейкой. А ты где нагуляла своего приёмыша, туда с ним и катись! Нагуляла — живи на вокзале!
— На каком вокзале, Максим? — я посмотрела ему прямо в глаза. — Это квартира Николая Борисовича. Ты забыл, чей это дом?
Читайте продолжение...👇