29.05.2026 07:51
Где здесь рынок и почему он не «взлетит» по щелчку.
Где здесь рынок и почему он не «взлетит» по щелчку.
🔸 Продолжая тему разрешения бизнесу покупать себе ПВО, хочется понять, что меняется юридически и что изменится в реальном мире. До этого частник в России мог покупать только пассивную защиту: РЭБ-купола, оптику, сети и т.д. Лёгкое стрелковое для ЧОП - через Росгвардию.
Крупный калибр был закрыт наглухо. Теперь он открыт, но с принципиальной оговоркой: купленное передаётся в воинские части и встраивается в мобильные огневые группы, которые комплектуются резервистами, добровольцами БАРС и сотрудниками самих компаний.
То есть с этим вопросом вроде как разобрались. Юридически собственник - бизнес. Но оператором всё так же остаётся Минобороны и никаких «частных армий с ПВО» у нас не появится. Ну или, по крайней мере, не должно появиться.
Кто потенциальный заказчик?
🔸 В первую очередь - НПЗ, нефтехимия, металлургия, элеваторы, крупные ГПЗ и т.д. По оценке РСПП, в зоне реального риска воздушных атак - порядка 200 промышленных групп. У всех есть деньги и понимание, что страховка не покрывает прилёт.
Раньше эти бюджеты уходили в инженерную защиту (сетки, бетонные купола над компрессорными, разнос объектов). Теперь добавляется активный слой защиты.
Кто потенциальный поставщик?
🔸 Российский антидрон-сегмент уже сформирован, и участников на нём достаточно много - от «дочек» «Ростеха» до небольших стартапов. До сих пор они конкурировали за один кошелёк - государственный, плюс точечные корпоративные заказы на пассивку. Теперь открывается новый легальный коммерческий канал.
А что у противника?
🔸 А у них есть частное ПВО. Например, не так давно сообщалось, что украинская компания Carmine Sky внедряет частную систему Sky Sentinel с автоматическими турелями и ИИ-наведением. Архитектурно - частник владеет, частник оперирует, координация - через Воздушные силы.
В российской модели частник владеет, но оперирует военный. Это снимает риск самоуправства и серых рынков, но создаёт вопросы по взаимодействию «бизнес - МО»: кто отвечает за ремонт, кто возмещает износ, что происходит при передислокации?
Чего в решении нет?
🔸 Точнее говоря, о чём мы ещё не знаем. О главном - механизме финансирования. Шохин намекнул на «целевой фонд» либо «иное оформление», но конкретики нет.
Без неё расходы зависают между капексом (но актив-то уйдёт военным), благотворительностью (но это не подарок, это защита своего же НПЗ) и налоговым вычетом (которого пока в природе не существует). Бухгалтерия каждой компании будет изобретать схему самостоятельно - это всегда тормоз.
🔸 Второй открытый вопрос - кадры. Мобильные огневые группы по штату комплектуются резервистами, которые кочуют между объектами. Оператор турели и расчёт РЛС должен быть постоянным - это месяцы тренировки, знание местности, отлаженная связка с дежурной сменой завода.
🔸 Передача «купил - отдал - забыл» здесь не работает: эффективность падает в разы. Логично ждать гибрида: техника бизнеса, расчёт - из сотрудников этого же предприятия в статусе резервистов БАРС, на длинном контракте.
За чем будем наблюдать?
• Первые публичные тендеры от крупных промышленных холдингов на покупку «комплектов МОГ».
• Расширение каталога Минпромторга на активные системы (сейчас там преимущественно пассивка).
• Появление профильного фонда либо постановления Правительства о порядке финансирования.
• Реакция страховщиков: подешевеет ли страхование объектов с активной ПВО.
В итоге.
🔸 Потенциально это первый легальный B2B-рынок крупнокалиберных систем в постсоветской истории. Объём - оценочно десятки миллиардов рублей в горизонте 2-3 лет, если механизм финансирования всё-таки докрутят. Если не докрутят - превратится в полку показательных контрактов от пары госкорпораций.
Подписывайтесь на Беспилот
🔸 Продолжая тему разрешения бизнесу покупать себе ПВО, хочется понять, что меняется юридически и что изменится в реальном мире. До этого частник в России мог покупать только пассивную защиту: РЭБ-купола, оптику, сети и т.д. Лёгкое стрелковое для ЧОП - через Росгвардию.
Крупный калибр был закрыт наглухо. Теперь он открыт, но с принципиальной оговоркой: купленное передаётся в воинские части и встраивается в мобильные огневые группы, которые комплектуются резервистами, добровольцами БАРС и сотрудниками самих компаний.
То есть с этим вопросом вроде как разобрались. Юридически собственник - бизнес. Но оператором всё так же остаётся Минобороны и никаких «частных армий с ПВО» у нас не появится. Ну или, по крайней мере, не должно появиться.
Кто потенциальный заказчик?
🔸 В первую очередь - НПЗ, нефтехимия, металлургия, элеваторы, крупные ГПЗ и т.д. По оценке РСПП, в зоне реального риска воздушных атак - порядка 200 промышленных групп. У всех есть деньги и понимание, что страховка не покрывает прилёт.
Раньше эти бюджеты уходили в инженерную защиту (сетки, бетонные купола над компрессорными, разнос объектов). Теперь добавляется активный слой защиты.
Кто потенциальный поставщик?
🔸 Российский антидрон-сегмент уже сформирован, и участников на нём достаточно много - от «дочек» «Ростеха» до небольших стартапов. До сих пор они конкурировали за один кошелёк - государственный, плюс точечные корпоративные заказы на пассивку. Теперь открывается новый легальный коммерческий канал.
А что у противника?
🔸 А у них есть частное ПВО. Например, не так давно сообщалось, что украинская компания Carmine Sky внедряет частную систему Sky Sentinel с автоматическими турелями и ИИ-наведением. Архитектурно - частник владеет, частник оперирует, координация - через Воздушные силы.
В российской модели частник владеет, но оперирует военный. Это снимает риск самоуправства и серых рынков, но создаёт вопросы по взаимодействию «бизнес - МО»: кто отвечает за ремонт, кто возмещает износ, что происходит при передислокации?
Чего в решении нет?
🔸 Точнее говоря, о чём мы ещё не знаем. О главном - механизме финансирования. Шохин намекнул на «целевой фонд» либо «иное оформление», но конкретики нет.
Без неё расходы зависают между капексом (но актив-то уйдёт военным), благотворительностью (но это не подарок, это защита своего же НПЗ) и налоговым вычетом (которого пока в природе не существует). Бухгалтерия каждой компании будет изобретать схему самостоятельно - это всегда тормоз.
🔸 Второй открытый вопрос - кадры. Мобильные огневые группы по штату комплектуются резервистами, которые кочуют между объектами. Оператор турели и расчёт РЛС должен быть постоянным - это месяцы тренировки, знание местности, отлаженная связка с дежурной сменой завода.
🔸 Передача «купил - отдал - забыл» здесь не работает: эффективность падает в разы. Логично ждать гибрида: техника бизнеса, расчёт - из сотрудников этого же предприятия в статусе резервистов БАРС, на длинном контракте.
За чем будем наблюдать?
• Первые публичные тендеры от крупных промышленных холдингов на покупку «комплектов МОГ».
• Расширение каталога Минпромторга на активные системы (сейчас там преимущественно пассивка).
• Появление профильного фонда либо постановления Правительства о порядке финансирования.
• Реакция страховщиков: подешевеет ли страхование объектов с активной ПВО.
В итоге.
🔸 Потенциально это первый легальный B2B-рынок крупнокалиберных систем в постсоветской истории. Объём - оценочно десятки миллиардов рублей в горизонте 2-3 лет, если механизм финансирования всё-таки докрутят. Если не докрутят - превратится в полку показательных контрактов от пары госкорпораций.
Подписывайтесь на Беспилот