06.07.2026 05:00
Пост канала «Мудрость дня Саморазвитие» от 06.07.2026
Никто не ждал Тимошку в этом мире.
Но он пришёл. Заявил о себе громким криком, требованием еды, внимания, ухода...
А мама... - мама попросту смоталась, едва прошло два дня после родов. Убежала, если можно так сказать, еле шатаясь, скрылась в неизвестном направлении. Нисколечко не чувствуя привязанности к маленькому комочку и не желая брать на себя ответственность за его жизнь. Конечно, её найдут, попытаются вернуть, будут уговаривать забрать сына... Бесполезно. Ей всего девятнадцать.
Единственный близкий человек - бабушка. Но она умерла год назад.
Потом был парень, который много обещал, но бросил. Все её бросили.
Мама и папа - в детстве, погибли, перевернулись в машине.
Папа детдомовский, а у мамы были сестрички, но они уже давно живут в Италии вместе со своим отцом, её дедушкой.
А бабушка - бабушка любила свою девочку, но вот - бросила. С дедушкой
и тётками связи не было. Какая- то нелепая история, где много обид, злости, какого- то дележа, по началу была неинтересна, а потом, когда бабуле стало и вовсе худо - она попала в больницу, стало как- то не до историй.
А сейчас и она бросила своего кроху.
В этом году должна была закончить техникум. Одноклассники пишут дипломную работу, а она...
Ну, ничего, ничего. Одна как-нибудь, но только - одна.
А ребёнок, ребёнок - это тяжело. А ей
и так тяжело, как они все этого не понимают. Она ведь совсем одна. Приходят, что - то говорят, а кто они, зачем - неизвестно, да и ну на них.
Вот, сил немножко прибавится, и нужно будет как-то жить дальше.
А Тимошке нужно не потом. Ему сейчас, вот прямо вот сейчас.
Прислониться щекой к маминой груди, покушать материнского молока, почувствовать биение её сердца.
Нету, нету материнского тепла, очень страшно и одиноко. Берут на руки, руки
всё время разные, и чужие.
Кормят, но это не мамино молоко, всё время болит и крутит маленький животик. Сон тревожный, ведь, даже сквозь свой неспокойный сон, малыш бы узнал мамин голос. Но голоса все чужие.
Но Тимошка умел ждать.
И ещё хотеть. И он представлял себя
в маминых руках, окутанным теплом
и заботой. Он ждал. Он молился своим младенческим Богам.
Своими мыслями, своими ощущениями.
И, может быть, даже сопением своего крохотного носика.
Главврач роддома, милая женщина
с добрым сердцем и стала таким младенческим Богом. Она никак не могла смириться с тем, что такой милый крошечный ангелочек остался без мамы. Но и другой мамы младенцу не желала. Только родную. Она воспользовалась всеми своими связями, но нашла - таки за далёкой границей дедушку мамы и прадедушку Тимошки, даже связалась
с ним. Долго, очень долго беседовали
два человека по видеосвязи.
Приехали. Нет, не дедушка. Приехали мамины сестрички. Обе.
Нашли Тимошкину маму. Той было очень плохо. Нестерпимо болела и горела грудь. Молоко сцеживалось - иначе ну очень больно..
Юная мамочка долго не могла понять,
что вообще происходит.
Но как- то сама по себе вот появилась кроватка, комод наполнился крошечной одеждой... А ещё с ней разговаривали,
её кормили. Гмм, паста... макароны
и макароны. Паста почему-то. Не важно.
Важно - что уже и не одна. Важно, что есть кто-то, кто спросил: "ты, вообще, как? Ты ела, ты пила? Может, поспишь?"
А потом все вместе поехали в больницу. Две галдящие тётки, и она, притихшая мамочка. Ей дали халат и подвели к маленькому человеку.
Тот внимательно смотрел своими глазёнками, морщил носик и корчил рожицы. Узнала. Конечно же , узнала. На руки взяла. Всё. Свершилось. Больше не отпустит. Она не одна. Она с двумя громкими тётками. С заграничным дедушкой. И с Тимошкой.
Вы думаете, это рассказ о мальчике Тимошке, или его маме, молодой и глупой? Да нет же ,нет. Это рассказ о младенческом Боге, о главвраче.
О милой, неравнодушной женщине, которая выполняет свои профессиональные обязанности и ещё чуть-чуть больше.
А это "чуть-чуть больше" становиться счастьем для маленького человечка.
А мы, мы делаем хоть чуть-чуть?..
Татьяна Фатеева
Но он пришёл. Заявил о себе громким криком, требованием еды, внимания, ухода...
А мама... - мама попросту смоталась, едва прошло два дня после родов. Убежала, если можно так сказать, еле шатаясь, скрылась в неизвестном направлении. Нисколечко не чувствуя привязанности к маленькому комочку и не желая брать на себя ответственность за его жизнь. Конечно, её найдут, попытаются вернуть, будут уговаривать забрать сына... Бесполезно. Ей всего девятнадцать.
Единственный близкий человек - бабушка. Но она умерла год назад.
Потом был парень, который много обещал, но бросил. Все её бросили.
Мама и папа - в детстве, погибли, перевернулись в машине.
Папа детдомовский, а у мамы были сестрички, но они уже давно живут в Италии вместе со своим отцом, её дедушкой.
А бабушка - бабушка любила свою девочку, но вот - бросила. С дедушкой
и тётками связи не было. Какая- то нелепая история, где много обид, злости, какого- то дележа, по началу была неинтересна, а потом, когда бабуле стало и вовсе худо - она попала в больницу, стало как- то не до историй.
А сейчас и она бросила своего кроху.
В этом году должна была закончить техникум. Одноклассники пишут дипломную работу, а она...
Ну, ничего, ничего. Одна как-нибудь, но только - одна.
А ребёнок, ребёнок - это тяжело. А ей
и так тяжело, как они все этого не понимают. Она ведь совсем одна. Приходят, что - то говорят, а кто они, зачем - неизвестно, да и ну на них.
Вот, сил немножко прибавится, и нужно будет как-то жить дальше.
А Тимошке нужно не потом. Ему сейчас, вот прямо вот сейчас.
Прислониться щекой к маминой груди, покушать материнского молока, почувствовать биение её сердца.
Нету, нету материнского тепла, очень страшно и одиноко. Берут на руки, руки
всё время разные, и чужие.
Кормят, но это не мамино молоко, всё время болит и крутит маленький животик. Сон тревожный, ведь, даже сквозь свой неспокойный сон, малыш бы узнал мамин голос. Но голоса все чужие.
Но Тимошка умел ждать.
И ещё хотеть. И он представлял себя
в маминых руках, окутанным теплом
и заботой. Он ждал. Он молился своим младенческим Богам.
Своими мыслями, своими ощущениями.
И, может быть, даже сопением своего крохотного носика.
Главврач роддома, милая женщина
с добрым сердцем и стала таким младенческим Богом. Она никак не могла смириться с тем, что такой милый крошечный ангелочек остался без мамы. Но и другой мамы младенцу не желала. Только родную. Она воспользовалась всеми своими связями, но нашла - таки за далёкой границей дедушку мамы и прадедушку Тимошки, даже связалась
с ним. Долго, очень долго беседовали
два человека по видеосвязи.
Приехали. Нет, не дедушка. Приехали мамины сестрички. Обе.
Нашли Тимошкину маму. Той было очень плохо. Нестерпимо болела и горела грудь. Молоко сцеживалось - иначе ну очень больно..
Юная мамочка долго не могла понять,
что вообще происходит.
Но как- то сама по себе вот появилась кроватка, комод наполнился крошечной одеждой... А ещё с ней разговаривали,
её кормили. Гмм, паста... макароны
и макароны. Паста почему-то. Не важно.
Важно - что уже и не одна. Важно, что есть кто-то, кто спросил: "ты, вообще, как? Ты ела, ты пила? Может, поспишь?"
А потом все вместе поехали в больницу. Две галдящие тётки, и она, притихшая мамочка. Ей дали халат и подвели к маленькому человеку.
Тот внимательно смотрел своими глазёнками, морщил носик и корчил рожицы. Узнала. Конечно же , узнала. На руки взяла. Всё. Свершилось. Больше не отпустит. Она не одна. Она с двумя громкими тётками. С заграничным дедушкой. И с Тимошкой.
Вы думаете, это рассказ о мальчике Тимошке, или его маме, молодой и глупой? Да нет же ,нет. Это рассказ о младенческом Боге, о главвраче.
О милой, неравнодушной женщине, которая выполняет свои профессиональные обязанности и ещё чуть-чуть больше.
А это "чуть-чуть больше" становиться счастьем для маленького человечка.
А мы, мы делаем хоть чуть-чуть?..
Татьяна Фатеева