12.04.2026 15:36
«Твоя мамка в тюрьме»: как бабушка защищает внучку от правды
«Твоя мамка в тюрьме» – говорили ей дети в садике, но девочка все равно верила только бабушке и говорила всем, что ее мама на работе, просто работа очень далеко, поэтому так долго не едет.
Больше всего Лидия боялась вопросов Олюшки, потому что, как не сдерживалась, все равно начинала плакать. Как заметит, что крутится возле нее, так и жди вопрос о матери. Вот поставила ведро с водой на лавку, а Оля смотрит на нее, и у самой взгляд такой пронзительный, словно в душу хочет заглянуть.
- Бабушка, а скоро мама приедет? – Этот вопрос Лидия слышала несколько раз на неделе, и всякий раз терпеливо отвечала: - Скоро. Теперь уже скоро. Ты, Олюшка, кофточку бы одела, да и носки теплые, а то протапливать еще не скоро буду. А простывать тебе нельзя, а то вдруг мамка приедет, а ты хворая, нехорошо…
- А что же она так долго работает? Я все жду, жду…
И хотя в садике не раз от детей слышала обидное: «Твоя мамка в тюрьме», все равно верила только бабушке и говорила всем, что ее мама на работе, просто работа очень далеко, поэтому так долго не едет.
Оля послушно натянула вязаные носочки, посмотрела в окно, за которым всё село укрылось снегом, а на окнах, к вечеру, появились морозные узоры. Оля смотрела в окно и думала, чтобы еще спросить о матери. Фотографий было немного, она их все пересмотрела; про то, какой мама была маленькой, тоже спрашивала, какие платья носила – знает, вон, в комоде, еще сохранилось несколько. А в шифоньере висит ее одежда, которую носила еще три года назад, и, кажется, через нее сохранился мамин запах.
Лидия видела тоску девочки по матери, и от этого еще больше переживала. Три года назад молодую красавицу Веру арестовали… Никто не ожидал, что, работая заведующей магазином в районном центре, что в шести километрах от их села, обвинят ее в многочисленных растратах, и дадут срок три года. Лидия ревела белугой, не могла понять, как дочь оказалась расхитительницей социалистической собственности. Всю жизнь Лидия и покойный муж Алексей были честными людьми, так и дочку растили. А тут такое… ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ
Больше всего Лидия боялась вопросов Олюшки, потому что, как не сдерживалась, все равно начинала плакать. Как заметит, что крутится возле нее, так и жди вопрос о матери. Вот поставила ведро с водой на лавку, а Оля смотрит на нее, и у самой взгляд такой пронзительный, словно в душу хочет заглянуть.
- Бабушка, а скоро мама приедет? – Этот вопрос Лидия слышала несколько раз на неделе, и всякий раз терпеливо отвечала: - Скоро. Теперь уже скоро. Ты, Олюшка, кофточку бы одела, да и носки теплые, а то протапливать еще не скоро буду. А простывать тебе нельзя, а то вдруг мамка приедет, а ты хворая, нехорошо…
- А что же она так долго работает? Я все жду, жду…
И хотя в садике не раз от детей слышала обидное: «Твоя мамка в тюрьме», все равно верила только бабушке и говорила всем, что ее мама на работе, просто работа очень далеко, поэтому так долго не едет.
Оля послушно натянула вязаные носочки, посмотрела в окно, за которым всё село укрылось снегом, а на окнах, к вечеру, появились морозные узоры. Оля смотрела в окно и думала, чтобы еще спросить о матери. Фотографий было немного, она их все пересмотрела; про то, какой мама была маленькой, тоже спрашивала, какие платья носила – знает, вон, в комоде, еще сохранилось несколько. А в шифоньере висит ее одежда, которую носила еще три года назад, и, кажется, через нее сохранился мамин запах.
Лидия видела тоску девочки по матери, и от этого еще больше переживала. Три года назад молодую красавицу Веру арестовали… Никто не ожидал, что, работая заведующей магазином в районном центре, что в шести километрах от их села, обвинят ее в многочисленных растратах, и дадут срок три года. Лидия ревела белугой, не могла понять, как дочь оказалась расхитительницей социалистической собственности. Всю жизнь Лидия и покойный муж Алексей были честными людьми, так и дочку растили. А тут такое… ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ