24.04.2026 12:42
Почему бизнес возвращается в закрытые клубы
Разговоры о бизнесе снова переезжают в закрытые гостиные
Двадцать лет крупные сделки устраивали через гласность — конференции, пресс-релизы, охваты. Сейчас они становятся камерными.
Soho House за три года вырастил аудиторию почти втрое — со 112 до 271 тысячи участников.
В листе ожидания сейчас около 100 тысяч человек. В августе 2025 года компания ушла с биржи в частное владение за $2,7 миллиарда, чтобы публичные акционеры не мешали удерживать эксклюзивность. На Манхэттене параллельно разрослись Zero Bond, Core Club, Aman Club — со стоимостью входа от четырёх до двухсот тысяч долларов в год.
И вот что любопытно.
Исследование Private Club Marketing Institute показывает, что 73% крупных манхэттенских сделок проходят с участием хотя бы одного члена частного клуба. То есть бизнес-модель закрытых сообществ перестала быть про статус и роскошь. Она стала инфраструктурой принятия важных решений.
В России этот тренд тоже идёт. Я уже несколько лет работаю с Noôdome — закрытым сообществом для предпринимателей, визионеров и людей культуры — и вижу, как меняется сама природа того, что считается «полезным разговором». Патроном сообщества недавно стал Альфа-Банк и теперь участвует в разработке программы, поэтому скоро услышим больше о технологиях в бизнесе.
Это редкая для российского рынка модель. У нас тоже начинает выстраиваться инфраструктура закрытых разговоров, которая в Нью-Йорке уже двадцать лет двигает индустрии.
На прошлой неделе на встрече сообщества директор цифровых каналов Альфа-Банка Дамир Баттулин, психолог Алексей Ситников и основатель стартапа Neiry Александр Панов обсуждали, что произойдёт с человеком, если он перестанет принимать решения сам и доверится технологиям. Из разговора прозвучала фраза, которую я записал: «50% успеха лидера — это результат жизненного пути. У ИИ его не будет никогда».
Самые важные разговоры сегодня происходят не только на крупных конференциях.
Ещё и в узком кругу единомышленников, куда не так легко попасть.
Двадцать лет крупные сделки устраивали через гласность — конференции, пресс-релизы, охваты. Сейчас они становятся камерными.
Soho House за три года вырастил аудиторию почти втрое — со 112 до 271 тысячи участников.
В листе ожидания сейчас около 100 тысяч человек. В августе 2025 года компания ушла с биржи в частное владение за $2,7 миллиарда, чтобы публичные акционеры не мешали удерживать эксклюзивность. На Манхэттене параллельно разрослись Zero Bond, Core Club, Aman Club — со стоимостью входа от четырёх до двухсот тысяч долларов в год.
И вот что любопытно.
Исследование Private Club Marketing Institute показывает, что 73% крупных манхэттенских сделок проходят с участием хотя бы одного члена частного клуба. То есть бизнес-модель закрытых сообществ перестала быть про статус и роскошь. Она стала инфраструктурой принятия важных решений.
В России этот тренд тоже идёт. Я уже несколько лет работаю с Noôdome — закрытым сообществом для предпринимателей, визионеров и людей культуры — и вижу, как меняется сама природа того, что считается «полезным разговором». Патроном сообщества недавно стал Альфа-Банк и теперь участвует в разработке программы, поэтому скоро услышим больше о технологиях в бизнесе.
Это редкая для российского рынка модель. У нас тоже начинает выстраиваться инфраструктура закрытых разговоров, которая в Нью-Йорке уже двадцать лет двигает индустрии.
На прошлой неделе на встрече сообщества директор цифровых каналов Альфа-Банка Дамир Баттулин, психолог Алексей Ситников и основатель стартапа Neiry Александр Панов обсуждали, что произойдёт с человеком, если он перестанет принимать решения сам и доверится технологиям. Из разговора прозвучала фраза, которую я записал: «50% успеха лидера — это результат жизненного пути. У ИИ его не будет никогда».
Самые важные разговоры сегодня происходят не только на крупных конференциях.
Ещё и в узком кругу единомышленников, куда не так легко попасть.