21.06.2026 14:06
Знакомый и незнакомый Бийск Часть 2 В 1741 году, то есть спустя 32 года после основания Бикатунского острога, по реестру, составленному приказчиком Ив…
Знакомый и незнакомый Бийск
Часть 2
В 1741 году, то есть спустя 32 года после основания Бикатунского острога, по реестру, составленному приказчиком Иваном Шестаковым, на территории Бийской крепости было учтено 217 душ мужеского полу.
Между тем существуют зафиксированные факты дисциплинарной ответственности каждого, проживающего на территории будущего города Бийска, порой, как сегодня кажется, чрезмерные. Примером тому может послужить факт того, что в 1743 году по приказу Кузнецкой воеводской канцелярии приказчику Бийской крепости строго запрещено было отпускать крестьян прилегающих деревень и крепостных обывателей на удаленные от крепости пашни и покосы. Причиной, казалось бы, столь строго приказа была элементарная защита первопоселенцев от зенгорских калмыков.
Сей запрет подтвержден документами 1743 года. В них так и говорится: «.. под страхом смертной казни…».
Еще один пример: основателям Сросток, также по заключенным с начальством Бийской крепости условностям, поначалу строго запрещалось торговать рыбой, выловленной из Катуни, с алтайскими торговцами. Словом, все, что происходило в радиусе 150-200 километров от крепостных стен, было под строгим имперским контролем.
Для них – первых бийчан - безукоризненной стала не только дисциплина военных крепости. Они были уверены, что только при домашней муштре и висящих на виду у семьи розгах можно добиться семейного счастья. Чем многие папеньки, судя по всему, постоянно пользовались. Гордиться нам – современным – вроде бы в данном случае и нечем… А вот уроки извлечь из вполне реальных событий, зафиксированных в исторических архивах, никому не помешает.
Итак, 1768 год. Бийский крестьянин Яков Слекишин обращается в Бийскую земскую избу с прошением о наказании плетьми собственных сыновей за ослушание и невежливые и грубые перед ним слова. Прошение было приведено в исполнение.
Еще один пример. Бийский волостной староста с выборными рассматривает жалобу крестьянина Казанцева на собственного племянника и его жену Анну. Причина – подговор к тайному венчанию его, крестьянина, дочери. Волостной суд оказался строг. Ответчиков наказали жестоко – Казанцева сурово избили батожьем, а жену его – палочьем.
Осуждать? Разумеется, по современным меркам. Но, вероятно, тогда для Бийска, который и статуса города еще не имел, это было нормой.
К середине 19-го века Бийск вновь меняет статус, стоит отметить, на тот момент уже неоднократно. Но упорно держится за статус города, уездного, окружного… Балансирует от уездного города до заштатной деревни… И вот так уже на протяжении более сотни лет. На календаре 2026-й. Задуматься бы пора. И, вероятно, не только простым бийчанам, но в большей степени тем, кто стоит повыше. В этой нелегкой борьбе за право оставаться в ряду лучших городов Сибири много претендентов. Они сильны. Но мы-то чем хуже? И история у нас уникальная. И личностей, которыми мы имеем право гордиться и гордимся, не меньше, чем у Кемерово, Томска и Омска, Новосибирска…
Восточные мудрецы говорят, что тот, кто себя не любит, тот никогда не обратит на себя внимание. Наш город питается нашей заботой. Он иначе не сможет выжить - без нас, без нашей любви.
Часть 2
В 1741 году, то есть спустя 32 года после основания Бикатунского острога, по реестру, составленному приказчиком Иваном Шестаковым, на территории Бийской крепости было учтено 217 душ мужеского полу.
Между тем существуют зафиксированные факты дисциплинарной ответственности каждого, проживающего на территории будущего города Бийска, порой, как сегодня кажется, чрезмерные. Примером тому может послужить факт того, что в 1743 году по приказу Кузнецкой воеводской канцелярии приказчику Бийской крепости строго запрещено было отпускать крестьян прилегающих деревень и крепостных обывателей на удаленные от крепости пашни и покосы. Причиной, казалось бы, столь строго приказа была элементарная защита первопоселенцев от зенгорских калмыков.
Сей запрет подтвержден документами 1743 года. В них так и говорится: «.. под страхом смертной казни…».
Еще один пример: основателям Сросток, также по заключенным с начальством Бийской крепости условностям, поначалу строго запрещалось торговать рыбой, выловленной из Катуни, с алтайскими торговцами. Словом, все, что происходило в радиусе 150-200 километров от крепостных стен, было под строгим имперским контролем.
Для них – первых бийчан - безукоризненной стала не только дисциплина военных крепости. Они были уверены, что только при домашней муштре и висящих на виду у семьи розгах можно добиться семейного счастья. Чем многие папеньки, судя по всему, постоянно пользовались. Гордиться нам – современным – вроде бы в данном случае и нечем… А вот уроки извлечь из вполне реальных событий, зафиксированных в исторических архивах, никому не помешает.
Итак, 1768 год. Бийский крестьянин Яков Слекишин обращается в Бийскую земскую избу с прошением о наказании плетьми собственных сыновей за ослушание и невежливые и грубые перед ним слова. Прошение было приведено в исполнение.
Еще один пример. Бийский волостной староста с выборными рассматривает жалобу крестьянина Казанцева на собственного племянника и его жену Анну. Причина – подговор к тайному венчанию его, крестьянина, дочери. Волостной суд оказался строг. Ответчиков наказали жестоко – Казанцева сурово избили батожьем, а жену его – палочьем.
Осуждать? Разумеется, по современным меркам. Но, вероятно, тогда для Бийска, который и статуса города еще не имел, это было нормой.
К середине 19-го века Бийск вновь меняет статус, стоит отметить, на тот момент уже неоднократно. Но упорно держится за статус города, уездного, окружного… Балансирует от уездного города до заштатной деревни… И вот так уже на протяжении более сотни лет. На календаре 2026-й. Задуматься бы пора. И, вероятно, не только простым бийчанам, но в большей степени тем, кто стоит повыше. В этой нелегкой борьбе за право оставаться в ряду лучших городов Сибири много претендентов. Они сильны. Но мы-то чем хуже? И история у нас уникальная. И личностей, которыми мы имеем право гордиться и гордимся, не меньше, чем у Кемерово, Томска и Омска, Новосибирска…
Восточные мудрецы говорят, что тот, кто себя не любит, тот никогда не обратит на себя внимание. Наш город питается нашей заботой. Он иначе не сможет выжить - без нас, без нашей любви.