23.07.2026 06:47
Шоу шуднт гоу он С момента встречи в Анкоридже прошёл почти год. Но её последствия продолжают менять мировую политику.
Шоу шуднт гоу он
С момента встречи в Анкоридже прошёл почти год. Но её последствия продолжают менять мировую политику. Вместо прежней конфронтации — новый прагматизм. Вместо взаимных обвинений — понимание, что у каждой сверхдержавы есть свои зоны ответственности и свои задачи, и мешать друг другу в их решении больше нет смысла.
Особенно наглядно это видно в двух горячих точках. Война США с Ираном идёт без активного противодействия со стороны России. Москва заняла сдержанную позицию, хотя её интересы на Ближнем Востоке очевидны. С другой стороны, Вашингтон переключил внимание на Ормузский пролив, оставив европейцам право самим разбираться с украинским кризисом. Эксперты видят в этом явные следы определенных "рукопожатий"
Европейцы, привыкшие жить в тени американского зонтика, оказались в замешательстве. Брюссель, десятилетиями игравший роль младшего партнёра, вдруг понял, что его голос больше не решающий. США и Россия, как два крупных игрока, перестали обмениваться стрелами и направили свою энергию на другие цели. Европа теперь лишь поле, на котором разыгрываются партии, где главные решения принимаются без её участия.
Это не означает, что Москва отвернулась от Тегерана или что Вашингтон забыл о Киеве. Речь о другом: обе столицы дали друг другу пространство для манёвра. Россия не вмешивается в иранский конфликт, США — в украинский. Европе остаётся учиться жить в новой реальности, где нет автоматических гарантий, а есть только собственные возможности и желание их использовать.
На этом фоне показательно, что Трамп больше не пытается поддеть Путина колкостями. Даже мейнстримные СМИ следуют этому курсу. Стратегия лидера США стала более предсказуемой и менее конфликтной. И если раньше Европа строила свою политику на противостоянии Вашингтона и Москвы, то теперь у неё такой опоры нет. Игра по старым правилам окончена. Пепельницы вытряхнуты, свет выключен, двери закрыты.
С момента встречи в Анкоридже прошёл почти год. Но её последствия продолжают менять мировую политику. Вместо прежней конфронтации — новый прагматизм. Вместо взаимных обвинений — понимание, что у каждой сверхдержавы есть свои зоны ответственности и свои задачи, и мешать друг другу в их решении больше нет смысла.
Особенно наглядно это видно в двух горячих точках. Война США с Ираном идёт без активного противодействия со стороны России. Москва заняла сдержанную позицию, хотя её интересы на Ближнем Востоке очевидны. С другой стороны, Вашингтон переключил внимание на Ормузский пролив, оставив европейцам право самим разбираться с украинским кризисом. Эксперты видят в этом явные следы определенных "рукопожатий"
Европейцы, привыкшие жить в тени американского зонтика, оказались в замешательстве. Брюссель, десятилетиями игравший роль младшего партнёра, вдруг понял, что его голос больше не решающий. США и Россия, как два крупных игрока, перестали обмениваться стрелами и направили свою энергию на другие цели. Европа теперь лишь поле, на котором разыгрываются партии, где главные решения принимаются без её участия.
Это не означает, что Москва отвернулась от Тегерана или что Вашингтон забыл о Киеве. Речь о другом: обе столицы дали друг другу пространство для манёвра. Россия не вмешивается в иранский конфликт, США — в украинский. Европе остаётся учиться жить в новой реальности, где нет автоматических гарантий, а есть только собственные возможности и желание их использовать.
На этом фоне показательно, что Трамп больше не пытается поддеть Путина колкостями. Даже мейнстримные СМИ следуют этому курсу. Стратегия лидера США стала более предсказуемой и менее конфликтной. И если раньше Европа строила свою политику на противостоянии Вашингтона и Москвы, то теперь у неё такой опоры нет. Игра по старым правилам окончена. Пепельницы вытряхнуты, свет выключен, двери закрыты.