14.08.2026 14:44
Если ты был третий-маленький в системе, где первый и второй - большие долго и непримиримо враждуют, то тебе, конечно, некогда было заняться собой.
Если ты был третий-маленький в системе, где первый и второй - большие долго и непримиримо враждуют, то тебе, конечно, некогда было заняться собой.
Точнее никому некогда было заняться тобой, а значит тебе неизвестно, как это делать.
Но ты знаешь, как делать другие вещи.
Как успокаивать того, кто сильно злится...
Как выбирать между двумя своими любовями одну и быть на чьей-то стороне...
Как поддерживать того, кто, по сути, причиняет тебе боль и не защищает...
Как прятаться или убегать, как только увидишь: опять начинается...
В общем-то, ты был бы рад вообще не знать об этих вещах, но ты очень хорошо знаешь.
Потом ты вырастаешь и читаешь в умной статье про то, что нужно полюбить себя. И думаешь: Кто такой этот я?.. Что такое эта любовь?..
Твой опыт неумолимо сообщает:
Ты - это буфер.
Ты - объект использования, простите за грубость.
Ты - жилетка.
Ты - место для чужого отреагирования.
В лучшем случае, ты - невидимка, удобный человек, тот, кто не мешает другим своими желаниями и переживаниями.
Ты - тот кто всегда менее значим, чем другой.
Потом начинается смутное подозрение, что так быть не должно. Или это не должно быть обязательно так.
Ты идёшь на терапию и вскоре начинается период под названием "родители, которые испортили мне жизнь и во всем виноваты". Это очень важный период, он занимает иногда длительное время. Он позволяет выразить всю свою боль и горечь с тем и тому, кто к этому готов и на это согласен, твоему терапевту.
Но важно на этом не останавливаться. Потому что иначе можно потратить всю жизнь на то, чтобы быть несчастным, чтобы другие поняли, как они ошибались.
Важно, когда наступает другой период, когда горечь от того, что твой бэкграунд навсегда с тобой немного улеглась. И ты понимаешь. Вот ты. Вот твоя жизнь. Только ты ее автор и нет никаких гарантий.
Точнее, гарантия одна: что в какой-то момент всё это закончится.
А до этого можно бесконечно узнавать, кто я есть, что я люблю и что ненавижу. Что выбираю, а от чего отказываюсь.
Всегда будут люди, которые захотят получить от меня то, что я так хорошо умею делать с детства. И это нормально, и даже хорошо, что я откажусь, отойду и не захочу в этом участвовать.
А захочу, чтобы был кто-то, кто просто будет рад меня видеть.
Евгения Андреева
Точнее никому некогда было заняться тобой, а значит тебе неизвестно, как это делать.
Но ты знаешь, как делать другие вещи.
Как успокаивать того, кто сильно злится...
Как выбирать между двумя своими любовями одну и быть на чьей-то стороне...
Как поддерживать того, кто, по сути, причиняет тебе боль и не защищает...
Как прятаться или убегать, как только увидишь: опять начинается...
В общем-то, ты был бы рад вообще не знать об этих вещах, но ты очень хорошо знаешь.
Потом ты вырастаешь и читаешь в умной статье про то, что нужно полюбить себя. И думаешь: Кто такой этот я?.. Что такое эта любовь?..
Твой опыт неумолимо сообщает:
Ты - это буфер.
Ты - объект использования, простите за грубость.
Ты - жилетка.
Ты - место для чужого отреагирования.
В лучшем случае, ты - невидимка, удобный человек, тот, кто не мешает другим своими желаниями и переживаниями.
Ты - тот кто всегда менее значим, чем другой.
Потом начинается смутное подозрение, что так быть не должно. Или это не должно быть обязательно так.
Ты идёшь на терапию и вскоре начинается период под названием "родители, которые испортили мне жизнь и во всем виноваты". Это очень важный период, он занимает иногда длительное время. Он позволяет выразить всю свою боль и горечь с тем и тому, кто к этому готов и на это согласен, твоему терапевту.
Но важно на этом не останавливаться. Потому что иначе можно потратить всю жизнь на то, чтобы быть несчастным, чтобы другие поняли, как они ошибались.
Важно, когда наступает другой период, когда горечь от того, что твой бэкграунд навсегда с тобой немного улеглась. И ты понимаешь. Вот ты. Вот твоя жизнь. Только ты ее автор и нет никаких гарантий.
Точнее, гарантия одна: что в какой-то момент всё это закончится.
А до этого можно бесконечно узнавать, кто я есть, что я люблю и что ненавижу. Что выбираю, а от чего отказываюсь.
Всегда будут люди, которые захотят получить от меня то, что я так хорошо умею делать с детства. И это нормально, и даже хорошо, что я откажусь, отойду и не захочу в этом участвовать.
А захочу, чтобы был кто-то, кто просто будет рад меня видеть.
Евгения Андреева