Внешне выработанность капитализма как системы проявляется по-разному.
Как известно, циклы эти стартовали в 1780-е годы. Каждый цикл длится 50–60 лет и делится на две волны – повышательную (А-Кондратьев) и понижательную (Б-Кондратьев); упрощённо говоря, первая волна – это подъём экономики, вторая – спад. Сам Николай Кондратьев в своём знаменитом докладе 1926 г. «Большие циклы конъюнктуры» зафиксировал три волны: 1780–1844/51 гг. (с переломом в 1810–1817 гг.); 1844/51–1896 гг. (с переломом в 1870–1875 гг.) и начавшуюся в 1890 г. (с переломом в 1914–1920 гг.). В 1945 г. начался новый цикл, повышательная волна которого окончилась в 1968/73 гг., после чего начался спад, т.е. понижательная волна. Её окончания ожидали в 1990-е годы, но этого не произошло; целого ряда крайне негативных для капсистемы явлений удалось избежать за счёт распада СССР, а затем в 1990-е годы путём выкачивания легальным и нелегальным путём средств из РФ. Однако даже в таких условиях кризисные явления продолжают нарастать, налицо сбой в циклах. В чём дело?
Кондратьевская схема ошибочна? Думаю, дело в другом. Старт кондратьевских циклов не случайно зафиксирован в 1780-е годы – с началом промышленной революции и становлением ИСПС. Должны ли эти циклы сохраниться в гипериндустриальной экономике? Нет, и те аномалии, которые мы наблюдаем уже в течение тридцати лет, говорят о «поломке», точнее, о завершении этих циклов как следствии завершения индустриальной эпохи, Модерна и – в силу выработанности в эпоху Модерна центрального противоречия капсистемы – близящегося конца последней. Можно сказать, что Современность стесала базовое противоречие капитализма как системы и, пожалуй, с наибольшей очевидностью это проявилось в том, что происходит в последние десятилетия с феноменом государства вообще и нацией-государством в частности.