Преподобный Симеон Столпник – это адамант древнехристианской аскезы, драгоценный, прочный алмаз, сияющий светом Божественной благодати, прошедшей скво…
Симеон Столпник возлюбил Господа с самого детства. Малым отроком он пас овец, но однажды, в зимнее время пошел сильный снег (что для Киликии и Сирии редкость), Симеон не стал выводить овец на пастбище, отправился с родителями в храм, там услышал заповеди блаженств, и это вдруг запало в его сердце. От находившегося рядом человека он узнал о монашеской жизни. Сердце Симеона больше не видело для себя иного пути.
Монашество непонятно миру. Особенно в его классическом виде как строгое подвижничество. Люди еще могут понять ученого или писателя или музыканта, вообще любых творческих личностей, которые, забыв о хлебе и воде, отгоняя сон, день и ночь мысленно устремлены к сладостным для них плодам творчества, к столь нужному для них открытию. Но люди не могут понять, как кто-то отказывается от тех же хлеба и воды, забывает о сне, предает забвению мирскую суету, не делает ни одной уступки своей плоти – ради общения с Богом, ради сокровенной встречи с Небесным Отцом, с Троицей Живоначальной в сокровенных глубинах своего сердца.
Симеон Столпник прошел классическую монастырскую школу: два года в монастыре близ родного селения, уже там освоив азы монашества – послушание, молитву, воздержание, а затем десять лет в более строгой обители. Что интересно, игумен обители Илиодор жил в монастыре, по стечению каких-то обстоятельств, с трехлетнего возраста, то есть оказался там, будучи малым отроком. Он провел в обители 62 года до самой смерти своей, никогда не выходил в мир и даже не знал, например, как выглядят свиньи и петухи. То есть, встречая их упоминание в Библии, он не очень представлял, как они выглядят. Все монахи под его руководством были строгие аскеты. Но получилось так, что молодой Симеон достаточно быстро их всех превзошел. Например, все вкушали пищу через два дня на третий – для нас и это запредельно. А святой Симеон вкушал пищу один раз в неделю, кроме того, под одеждой он носил пояс из жестких финиковых ветвей.
В Священном Писании сказано: «Живущие по плоти Богу угодить не могут» (Рим. 8:8). И причина этого объясняется там же, у святого апостола: «Живущие по плоти о плотском помышляют, а живущие по духу – о духовном» (Рим. 8:5). Слова эти не нуждаются в пояснении: плотская жизнь выражается в плотских, скотских похотях. Человек может провести в них всю жизнь подобно свинье, сидящей в грязной луже. Святые аскеты однажды сказали всему этому «нет». «Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные – жизнь и мир» (Рим. 8:6). Поэтому «те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями» (Гал. 5:24).
Однако подвиги святого Симеона слишком выделялись, и, чтобы это не производило смут, он вынужден был перейти к уединенной жизни на горе, возле нынешнего города Алеппо, желая служить Господу вдали от глаза окружающих. Этот путь был по Промыслу Божию. В самом начале, еще перед монашеством ему дано было видение – он приступил рыть яму для фундамента, а некто, стоящий рядом, трижды повелевал копать еще глубже. В своем подвижничестве Симеон закладывал фундамент глубже, чем остальные, выстраивая на этом фундаменте здание духовной жизни, символом которой стал его высокий столп.