15.03.2026 16:27
В Новосибирске задержали журналиста Ивана Фролова, который занимался освещением протестов сельских жителей против беспредельного забоя скота.
В Новосибирске задержали журналиста Ивана Фролова, который занимался освещением протестов сельских жителей против беспредельного забоя скота.
Также за решетку отправили жителей села Новопичугово Максима Виля и Андрея Гавриленко. Их обвиняют в организации незаконного пребывания граждан в общественных местах и неповиновении полицейским. Вот только организация протестов в России — законна. Особенно когда происходит откровенный беспредел. По крайней мере, согласно бумажкам. На которые, впрочем, судя по всему больше не собираются обращать внимания. Незаконно — по беспределу отнимать имущество у людей.
Основная претензия жителей не в том, что у них забирают скот из-за заболевания (так положено, если оно действительно имеет место быть), а в том, что отказываются выдавать соответствующие документы и результаты анализов, доказывающих, что скот чем-то болен.
Люди, занимающиеся сельским хозяйством и юристы со всей страны пишут, что без правильно оформленных бумаг никого нельзя даже пускать на порог. Но, по словам местных жителей, у людей никто ничего не спрашивает, применяют силу (впрочем, я лично ни с одним из них так и не поговорила; Равно как ни знаю пока ни одного коллегу, с кем жители сел связались бы лично).
Кстати, апогей забоя животных пришелся как раз на то время, когда в Москве — и на Красной Поляне, где сейчас нахожусь я, вырубили интернет. То есть, люди, желающие связаться с кем-то из журналистов, блогеров или общественников онлайн физически не могли этого сделать; А мы не знали, как относиться к происходящему — как к слухам, очередной информационно-психологической операции или?
Местные и федеральные власти по-прежнему никак не комментируют происходящее и не предоставляют общественности доказательств законности своих действий.
Также за решетку отправили жителей села Новопичугово Максима Виля и Андрея Гавриленко. Их обвиняют в организации незаконного пребывания граждан в общественных местах и неповиновении полицейским. Вот только организация протестов в России — законна. Особенно когда происходит откровенный беспредел. По крайней мере, согласно бумажкам. На которые, впрочем, судя по всему больше не собираются обращать внимания. Незаконно — по беспределу отнимать имущество у людей.
Основная претензия жителей не в том, что у них забирают скот из-за заболевания (так положено, если оно действительно имеет место быть), а в том, что отказываются выдавать соответствующие документы и результаты анализов, доказывающих, что скот чем-то болен.
Люди, занимающиеся сельским хозяйством и юристы со всей страны пишут, что без правильно оформленных бумаг никого нельзя даже пускать на порог. Но, по словам местных жителей, у людей никто ничего не спрашивает, применяют силу (впрочем, я лично ни с одним из них так и не поговорила; Равно как ни знаю пока ни одного коллегу, с кем жители сел связались бы лично).
Кстати, апогей забоя животных пришелся как раз на то время, когда в Москве — и на Красной Поляне, где сейчас нахожусь я, вырубили интернет. То есть, люди, желающие связаться с кем-то из журналистов, блогеров или общественников онлайн физически не могли этого сделать; А мы не знали, как относиться к происходящему — как к слухам, очередной информационно-психологической операции или?
Местные и федеральные власти по-прежнему никак не комментируют происходящее и не предоставляют общественности доказательств законности своих действий.