02.04.2026 12:25
Книга «Дневники мотоциклиста»: от Чили до манифеста
В 1952 году два друга студента-медика Эрнесто и Альберто в своем семимесячном путешествии по странам Латинской Америки преодолели более 10 тысяч километров.
Однако мотоцикл они «седлали» не долго: уже на второй тысяче километров в Чили он окончательно и невосстановимо развалился.
Дальше шли пешком, ехали поездом, на попутных грузовиках, лошадях, плыли на речных и морских судах.
Свежий ветер в лицо, меняющиеся города, деревни, ночевки у костров в лесу, в поле, часто голод и холод преследовали друзей в пути.
Впрочем, в этих странствующих студентах, один из которых в будущем стал самым известным в мире революционером, а второй уже в юности работал санитаром в лепрозории с первых страниц книги угадывается нечто странное. А когда выясняется, что в кармане у них имеется минимум один боевой пистолет, становится ясно, что встретиться с ними на узкой дорожке не многие захотят.
Эрнесто пишет сбивчиво, кажется, его глаз особенно ни на чем не задерживается. Кажется, что человек всегда в странном волнении словно в заточении, все время чувствуется его внутренняя тревожащая нота …
В этой поездке Эрнесто и Альберто знакомятся со странами, с образом жизни людей, с достопримечательностями, встречаются со множеством друзей. Казалось бы, обычные молодые туристы знакомятся с историей, природой и сегодняшними реалиями соседних стран…
Почему же итогом книги и этого безобидного путешествия стал жуткий манифест?
«…теперь я знал… знал, что в минуту, когда могущественный, правящий миром дух одним мощным ударом рассечет все человечество на две непримиримые партии, я буду с народом и знаю это потому, что он заточен в ночи, которую я, эклектичный прозектор доктрин и психоаналитик догм, завывая как одержимый, буду брать приступом и вести под нее подкопы, обагрю свое оружие в крови и, обезумев от ярости, буду рубить головы побежденным. И я вижу, будто неимоверная усталость сковывает мой недавний порыв, будто я приношу себя в жертву настоящей революции, уравнивающей все порывы и устремления, для примера произнося «теа culpa» (грешен); чувствую, как ноздри мои раздуваются, смакуя едкий запах пороха и крови, вражеской смерти. Я изготовляюсь к схватке, превращая свое существо в жертвенник, чтобы в нем отозвался трепетом новых надежд звериный вой победившего пролетариата».
Эрнесто Че Гевара после этого вояжа уже не мог остановиться и странствия его по Латинской Америке продолжались и продолжались, имея определенные революционные цели.
Олег
Чат
Однако мотоцикл они «седлали» не долго: уже на второй тысяче километров в Чили он окончательно и невосстановимо развалился.
Дальше шли пешком, ехали поездом, на попутных грузовиках, лошадях, плыли на речных и морских судах.
Свежий ветер в лицо, меняющиеся города, деревни, ночевки у костров в лесу, в поле, часто голод и холод преследовали друзей в пути.
Впрочем, в этих странствующих студентах, один из которых в будущем стал самым известным в мире революционером, а второй уже в юности работал санитаром в лепрозории с первых страниц книги угадывается нечто странное. А когда выясняется, что в кармане у них имеется минимум один боевой пистолет, становится ясно, что встретиться с ними на узкой дорожке не многие захотят.
Эрнесто пишет сбивчиво, кажется, его глаз особенно ни на чем не задерживается. Кажется, что человек всегда в странном волнении словно в заточении, все время чувствуется его внутренняя тревожащая нота …
В этой поездке Эрнесто и Альберто знакомятся со странами, с образом жизни людей, с достопримечательностями, встречаются со множеством друзей. Казалось бы, обычные молодые туристы знакомятся с историей, природой и сегодняшними реалиями соседних стран…
Почему же итогом книги и этого безобидного путешествия стал жуткий манифест?
«…теперь я знал… знал, что в минуту, когда могущественный, правящий миром дух одним мощным ударом рассечет все человечество на две непримиримые партии, я буду с народом и знаю это потому, что он заточен в ночи, которую я, эклектичный прозектор доктрин и психоаналитик догм, завывая как одержимый, буду брать приступом и вести под нее подкопы, обагрю свое оружие в крови и, обезумев от ярости, буду рубить головы побежденным. И я вижу, будто неимоверная усталость сковывает мой недавний порыв, будто я приношу себя в жертву настоящей революции, уравнивающей все порывы и устремления, для примера произнося «теа culpa» (грешен); чувствую, как ноздри мои раздуваются, смакуя едкий запах пороха и крови, вражеской смерти. Я изготовляюсь к схватке, превращая свое существо в жертвенник, чтобы в нем отозвался трепетом новых надежд звериный вой победившего пролетариата».
Эрнесто Че Гевара после этого вояжа уже не мог остановиться и странствия его по Латинской Америке продолжались и продолжались, имея определенные революционные цели.
Олег
Чат