Роман Владимира Медведева «Ловушка для сверчков» удобно и даже заманчиво было бы назвать социальной антиутопией, но он слишком плотно прилегает к сего…

Роман Владимира Медведева «Ловушка для сверчков» удобно и даже заманчиво было бы назвать социальной антиутопией, но он слишком плотно прилегает к сегодняшней реальности. Более того, я почти уверена - этот текст создавался автором как очень тонкая, остроумная метафора того, как устроена современная Россия.

Действие книги начинается почти идиллически. Есть необычный театр, где играют люди маленького роста, которых его режиссер Кирилл Юрганов требует именовать не лилипутами, а минималами, стремясь таким образом защитить их человеческое достоинство. Есть заманчивое предложение от генерала Буряги, Героя России, члена Президентского совета, - за большие деньги принять участие в домашнем представлении. Однако вместо гонораров актеры и их режиссер попадают в настоящую ловушку. Поместье генерала с говорящим названием «Арсенал» становится для них тюрьмой. Хозяина ловят на коррупции и он срочно сбегает из России, а потом загадочно погибает. Его супруга Хельга, женщина с брутальный красотой и ледяным сердцем, остается и превращает маленьких артистов в живые игрушки для своего избалованного сына Эрика. С этого момента начинается не столько история побега, сколько исследование того, как работает система, где одни люди имеют власть над другими только потому, что они выше ростом, богаче или приближены к центру этой самой власти.

Медведев берет очевидную физическую метафору, маленькие и большие, и превращает ее в модель общества. Минималы - это любой человек, оказавшийся в ситуации тотальной несвободы. Их рост не важен, важна их уязвимость. Они как те самые сверчки, которых так легко раздавить. Поместье «Арсенал» с коллекцией боевой техники, охраной, собаками-людоедами, системой видеонаблюдения и тотальным контролем - символ системы, где власть имеют буряги, нажившиеся на СВО, присвоившие кучу бюджетных средств, а возможно и государственные изменники.
В «Арсенале» свои законы, своя иерархия, своя безграничная власть.

И здесь очень важно, что Медведев не пишет открытого политического памфлета. Он не разоблачает генерала, не кричит о несправедливости. Он просто показывает механизм, который делает одних людей «хозяевами», а других - «членистоногими уродцами», как презрительно называет актеров генеральша. Механизм, где любой, кто не вписывается в норму, не приближен к элите или просто оказался не в том месте, становится жертвой.
«Это мои человечки! Папа мне их купил!» - кричит и топает ногами Эрик, маленький наследник Буряги, и в этой фразе, пожалуй, квинтэссенция всего романа. Ребенок, воспитанный в системе, где все продается и покупается, где власть отца дает малолетнему сыну право распоряжаться чужими жизнями, жизнями хоть и невысоких, но взрослых дядь и теть, - неизбежно вырастает во взрослого Бурягу.

И ведь шестилетний мальчик не злодей от природы, он просто впитывает правила игры, которые ему диктует его мир. Он искренне уверен, что раз папа генерал, раз у них есть деньги, значит, им все дозволено. И Сом, охранник-садист, с удовольствием поддерживает эту иллюзию. Сом играет с Эриком в концлагерь, где минималы - заключенные, а ребенок - герр комендант. Он ритуализирует насилие: как обряд посвящения совместно с наследником сжигают в печи хомяка. А в финале устраивает для Эрика охоту на лилипутов, как на животных, что приводит к гибели актрисы. И домоправительница Масяня, и бонна Катя, и прочая обслуга «Арсенала» - все винтики одного механизма, который работает без сбоев на воспитание новых «хозяев» над «сверчками».

Однако роман не был бы таким сильным, если бы в нем не было сопротивления. Сверчки кусаются. Они, конечно, не могут противостоять системе в открытую, но они пытаются сохранить достоинство, а потом и бежать. Карл, возглавивший безумный побег на БТР, становится лидером «партизан». И даже те, кто не присоединился к Карлу, а остался в «Арсенале» («коллаборационисты») поступили так не из трусости, а просто выбрали другую стратегию борьбы.

Блестящий, умный роман. Впрочем, от Владимира Медведева другого и не ждали.