24.05.2026 07:33
Сегодня в нашей исторической рубрике - Мергасовский дом Это здание в центре Казани имеет много прозвищ: символ казанско
Сегодня в нашей исторической рубрике - Мергасовский дом
Это здание в центре Казани имеет много прозвищ: символ казанского конструктивизма, городская рана, памятник эпохе и дом-призрак.
Дом появился в 1928 году - в то время, когда советские города пытались придумать новый быт и новую архитектуру. Для Казани это был настоящий эксперимент: Мергасовский дом стал одним из первых крупных многоквартирных домов нового типа и первым многоэтажным жилым зданием города с водопроводом и канализацией.
Название он получил от старого Мергасовского переулка, существовавшего здесь еще до революции. Сам дом строили архитекторы Петр Сперанский и Сергей Глаголев, хотя в некоторых источниках автором указывается Дмитрий Федоров - из-за этого вокруг проекта до сих пор есть небольшая путаница.
С архитектурной точки зрения в здании смешались сразу две эпохи. С одной стороны - строгие формы, минимум декора, выступающие лестничные клетки, угловые балконы. С другой - почти классическая симметрия и ощущение некоторой монументальности. Архитекторы будто еще не отпустили старый мир, но уже строили новый по лекалам конструктивизма.
Еще одна необычная деталь. При строительстве использовали камышит: плиты из прессованного камыша. В конце 1920-х это считалось технологическим новшеством и дешевым современным решением. Спустя почти сто лет именно такие эксперименты стали одной из причин тяжелого состояния здания.
Внутри дом был типичным продуктом своей эпохи - коммунальные квартиры, длинные коридоры, тесное соседство самых разных людей. Но со временем вокруг него сформировалась почти легендарная культурная аура. Здесь жил татарский писатель Кави Наджми, у которого бывали Муса Джалиль, Хади Такташ, Салих Сайдашев и другие представители татарской интеллигенции. В разные годы с домом связывали и семью Василия Аксенова.
Проблемы с домом начались уже в 1980-х, когда в здании появились серьезные трещины и его признали аварийным. Причинами называют сложный грунт возле Черного озера, возраст конструкций и особенности самого строительства. Но, как это часто бывает с историческими домами, он еще десятилетиями продолжал выполнять свою прямую задачу. Людей не расселяли до конца 2010-х.
Постепенно Мергасовский дом превратился в странное место на карте Казани. С одной стороны - элитный центр города. С другой - полуразрушенное здание с выбитыми окнами, разрисованными стенами и заброшенными квартирами. В какой-то момент его начали воспринимать почти как декорацию: проводили спектакли, фотосессии, экскурсии.
На сегодняшний день статус дома остается сложным. Это объект культурного наследия и один из немногих сохранившихся примеров раннего советского авангарда в Казани. Но техническое состояние оценивается как крайне тяжелое. Споры идут уже много лет: что делать дальше - сохранять, разбирать и воссоздавать, усиливать фундамент или признать, что спасти объект почти невозможно.
Не так давно дискуссия вокруг его судьбы снова активизировалась. Часть специалистов считает, что полноценная реставрация все еще возможна, другие говорят, что конструктивные проблемы уже слишком серьезные.
На наш взгляд, парадокс Мергасовского дома в том, что он давно пережил свою первоначальную функцию. Сегодня это самостоятельный городской символ, который для многих оказался важнее того, чем этот дом был изначально.
Фото: Enter-media, inkazan
Это здание в центре Казани имеет много прозвищ: символ казанского конструктивизма, городская рана, памятник эпохе и дом-призрак.
Дом появился в 1928 году - в то время, когда советские города пытались придумать новый быт и новую архитектуру. Для Казани это был настоящий эксперимент: Мергасовский дом стал одним из первых крупных многоквартирных домов нового типа и первым многоэтажным жилым зданием города с водопроводом и канализацией.
Название он получил от старого Мергасовского переулка, существовавшего здесь еще до революции. Сам дом строили архитекторы Петр Сперанский и Сергей Глаголев, хотя в некоторых источниках автором указывается Дмитрий Федоров - из-за этого вокруг проекта до сих пор есть небольшая путаница.
С архитектурной точки зрения в здании смешались сразу две эпохи. С одной стороны - строгие формы, минимум декора, выступающие лестничные клетки, угловые балконы. С другой - почти классическая симметрия и ощущение некоторой монументальности. Архитекторы будто еще не отпустили старый мир, но уже строили новый по лекалам конструктивизма.
Еще одна необычная деталь. При строительстве использовали камышит: плиты из прессованного камыша. В конце 1920-х это считалось технологическим новшеством и дешевым современным решением. Спустя почти сто лет именно такие эксперименты стали одной из причин тяжелого состояния здания.
Внутри дом был типичным продуктом своей эпохи - коммунальные квартиры, длинные коридоры, тесное соседство самых разных людей. Но со временем вокруг него сформировалась почти легендарная культурная аура. Здесь жил татарский писатель Кави Наджми, у которого бывали Муса Джалиль, Хади Такташ, Салих Сайдашев и другие представители татарской интеллигенции. В разные годы с домом связывали и семью Василия Аксенова.
Проблемы с домом начались уже в 1980-х, когда в здании появились серьезные трещины и его признали аварийным. Причинами называют сложный грунт возле Черного озера, возраст конструкций и особенности самого строительства. Но, как это часто бывает с историческими домами, он еще десятилетиями продолжал выполнять свою прямую задачу. Людей не расселяли до конца 2010-х.
Постепенно Мергасовский дом превратился в странное место на карте Казани. С одной стороны - элитный центр города. С другой - полуразрушенное здание с выбитыми окнами, разрисованными стенами и заброшенными квартирами. В какой-то момент его начали воспринимать почти как декорацию: проводили спектакли, фотосессии, экскурсии.
На сегодняшний день статус дома остается сложным. Это объект культурного наследия и один из немногих сохранившихся примеров раннего советского авангарда в Казани. Но техническое состояние оценивается как крайне тяжелое. Споры идут уже много лет: что делать дальше - сохранять, разбирать и воссоздавать, усиливать фундамент или признать, что спасти объект почти невозможно.
Не так давно дискуссия вокруг его судьбы снова активизировалась. Часть специалистов считает, что полноценная реставрация все еще возможна, другие говорят, что конструктивные проблемы уже слишком серьезные.
На наш взгляд, парадокс Мергасовского дома в том, что он давно пережил свою первоначальную функцию. Сегодня это самостоятельный городской символ, который для многих оказался важнее того, чем этот дом был изначально.
Фото: Enter-media, inkazan