12.08.2026 12:03
Что стоит за «антипиратским» решением Москвы Главное на «Варяге» президентом сегодня сказано без нажима, но жестко: «М
Что стоит за «антипиратским» решением Москвы
Главное на «Варяге» президентом сегодня сказано без нажима, но жестко: «Мы вынуждены будем отвечать зеркально».
И сразу уточнил, где именно:
«И необязательно в тех акваториях, где планируются набеги на наши корабли и суда. А там, где уже мы сами посчитаем это нужным и целесообразным. В любом месте».
Вот это «в любом месте» и есть суть. Заявление сделано на Сахалине, в 10 тысячах километров от Ла-Манша, где британцы тормозили наш танкер, и от Средиземного моря, откуда французы уводили Deyna. Право выбирать акваторию Москва оставила себе — и продемонстрировала это самим выбором трибуны.
Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Виктор Лиина подтвердил, что к зеркальному ответу мы готовы: «Согласно вашему поручению мы провели детальный анализ осуществляемого в АТР морского трафика. Знаем маршруты, что везут и чьи это корабли».
Согласно поручению. То есть решение принято не сегодня и не под влиянием момента. Команда пошла ещё в июле, в День флота, когда Путин потребовал от командующих защищать торговое судоходство «аккуратно, в рамках международного морского права, но решительно — так, как и нужно бороться с пиратством и с пиратами». Тогда это прозвучало как формула. Сегодня выяснилось, что за формулой стояла подготовка.
Цифры, которые адмирал доложил в открытом эфире:
«Только в исключительной экономической зоне Российской Федерации вдоль островов Южно-Курильской гряды с 24 апреля по 6 августа 2026 года проследовало 1001 судно. Из них под флагами недружественных государств 379, включая 273 сухогруза и 71 танкер. В том числе — 26 судов Великобритании и девять — Франции».
Пока в Брюсселе дописывали механизм, разрешающий распродавать снятое с задержанных судов, здесь считали корпуса, проходящие мимо русских берегов: «По сути, это их теневой флот. Силы для досмотра и задержания судов недружественных государств и их теневого флота у нас имеются. Межведомственное взаимодействие организовано. Готовы приступить к решению данных задач», - нанес адмирал контрольный удар.
Самое весомое здесь — «межведомственное взаимодействие». За канцелярским оборотом стоит собранная воедино машина: корабли флота, погранслужба, досмотровые партии и юридическое оформление задержания, способное выдержать судебное разбирательство. Такие схемы не рождаются за сутки, их согласовывают месяцами и проверяют на учениях — тех самых, что идут с 4 августа в Японском, Охотском морях и северо-западной части Тихого океана.
@kots
Главное на «Варяге» президентом сегодня сказано без нажима, но жестко: «Мы вынуждены будем отвечать зеркально».
И сразу уточнил, где именно:
«И необязательно в тех акваториях, где планируются набеги на наши корабли и суда. А там, где уже мы сами посчитаем это нужным и целесообразным. В любом месте».
Вот это «в любом месте» и есть суть. Заявление сделано на Сахалине, в 10 тысячах километров от Ла-Манша, где британцы тормозили наш танкер, и от Средиземного моря, откуда французы уводили Deyna. Право выбирать акваторию Москва оставила себе — и продемонстрировала это самим выбором трибуны.
Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Виктор Лиина подтвердил, что к зеркальному ответу мы готовы: «Согласно вашему поручению мы провели детальный анализ осуществляемого в АТР морского трафика. Знаем маршруты, что везут и чьи это корабли».
Согласно поручению. То есть решение принято не сегодня и не под влиянием момента. Команда пошла ещё в июле, в День флота, когда Путин потребовал от командующих защищать торговое судоходство «аккуратно, в рамках международного морского права, но решительно — так, как и нужно бороться с пиратством и с пиратами». Тогда это прозвучало как формула. Сегодня выяснилось, что за формулой стояла подготовка.
Цифры, которые адмирал доложил в открытом эфире:
«Только в исключительной экономической зоне Российской Федерации вдоль островов Южно-Курильской гряды с 24 апреля по 6 августа 2026 года проследовало 1001 судно. Из них под флагами недружественных государств 379, включая 273 сухогруза и 71 танкер. В том числе — 26 судов Великобритании и девять — Франции».
Пока в Брюсселе дописывали механизм, разрешающий распродавать снятое с задержанных судов, здесь считали корпуса, проходящие мимо русских берегов: «По сути, это их теневой флот. Силы для досмотра и задержания судов недружественных государств и их теневого флота у нас имеются. Межведомственное взаимодействие организовано. Готовы приступить к решению данных задач», - нанес адмирал контрольный удар.
Самое весомое здесь — «межведомственное взаимодействие». За канцелярским оборотом стоит собранная воедино машина: корабли флота, погранслужба, досмотровые партии и юридическое оформление задержания, способное выдержать судебное разбирательство. Такие схемы не рождаются за сутки, их согласовывают месяцами и проверяют на учениях — тех самых, что идут с 4 августа в Японском, Охотском морях и северо-западной части Тихого океана.
@kots