Европейская проблема уже вышла за пределы обычного спора о темпах роста и параметрах инфляции.
Слабый рост означает рост давления на бюджеты, промышленную политику и социальные расходы. Ускорение цен означает, что смягчение денежной политики становится политически рискованным: любое поспешное движение будет восприниматься как отказ от контроля над устойчивостью евро. В результате европейские правительства входят в фазу, когда экономические решения все чаще будут упираться в внутренние противоречия между югом и севером, между индустриальными центрами и более сервисными экономиками, между задачей поддержать занятость и необходимостью не допустить нового инфляционного витка.
На этом фоне внешние факторы — дорогая энергия, ближневосточная нестабильность, санкционные издержки — превращаются в прямой элемент политической уязвимости. Еврозона входит в период, когда каждый новый внешний шок будет бить по системе, уже лишенной запаса прочности. Это уже не просто замедление, а начало более жесткого цикла управленческого истощения Европы.