В хирургическом отделении вместе с заведующим работает четверо хирургов и уролог.

В хирургическом отделении вместе с заведующим работает четверо хирургов и уролог. Сам Степан Михайлович также проводит урологические операции. Официально отделение рассчитано на 41 пациента. Но, по словам заведующего, обычно их лежит больше, 45, а иногда и больше пятидесяти. Причем, хирургическую помощь в отделении оказывают и взрослым, самым возрастным из которых бывало свыше 100 лет, и совсем маленьким детям:
«Раньше мы всех детей младше трех лет отправляли в детскую хирургию в Екатеринбург. Сейчас у нас есть детский хирург, и мы можем лечить детей любого возраста. Хирург – молодая, активная и грамотная девушка. Она переехала к нам, потому что здесь лучше условия. Раньше она работала в областном центре на севере, в Петрозаводске. Теперь переехала к нам, и мы делаем детям плановые операции».
Среди наиболее частых операций, проводимых в отделении, – аппендэктомия, удаление желчного пузыря (оба вмешательства выполняют лапароскопически), а также операции по поводу грыж брюшной стенки, паховых, пупочных и вентральных. Их тоже в основном выполняют лапароскопически.
«Сейчас все, что можно сделать через прокол, делается через прокол. Это тенденция общемировая», — отметил заведующий хирургией.
По его словам, благодаря лапароскопии такие заболевания, как аппендицит, стали диагностировать реже. Это связано с тем, что данный метод позволяет через прокол не только провести саму операцию, но и выполнить тщательное обследование.
«Основное преимущество лапароскопической операции в том, что после нее не остается ран, которые могут нагноиться. Там такие проколы, что их не видно уже через год. Ко мне приходили мои пациенты через год-полтора, я сам не мог найти, где делал прокол. Хирургия развивается, мы идем в ногу с современными решениями и возможностями. Аппендицит раньше и сейчас, это две разные болезни. Более того, сейчас аппендэктомии стало меньше, чем раньше, потому что у нас есть лапароскопия, мы человека можем просто посмотреть и определиться, может, это вообще не она. Я смотрю по старым журналам, раньше ее было гораздо больше. Сейчас лапароскопия – наш основной метод лечения. Есть открытая хирургия, но это уже какие-то экстренные вещи, серьезные, глобальные, хотя даже многие экстренные операции мы делаем с помощью лапароскопии. Открытая хирургия всегда была, есть и будет, но сейчас она отходит на второй план. Мир движется, раньше ездили на лошадях, теперь летаем на самолетах. Сейчас лапароскопия это, можно сказать, рутинная работа».
Каждый день хирурги отделения проводят по несколько операций. Какие-то из них плановые, другие проводятся в экстренном порядке. В практике врача были разные случаи. В том числе, когда в отделении экстренно проводились несколько хирургических вмешательств одновременно:
«У нас редко бывает минимальное количество операций, максимум доходит до четырех в день. Есть плановые операции, но экстренных больше. Мы оказываем помощь пациентам из близлежащих районов. Сложные случаи и какие-то серьезные операции у нас бывают часто. Два года назад, в последний день перед новогодними праздниками, было ДТП с восемью пострадавшими. Троим потребовалась неотложная хирургическая помощь. Пришлось из дома вызывать хирургов, потому что их всех нужно было оперировать. В трех операционных их одновременно оперировали».
В основном у оперирующих хирургов по восемь дежурств в месяц. Бывает, что их могут вызвать в отделение для проведения срочной операции. Но, по словам Степана Михайловича, это происходит нечасто. В целом врачи работают по определенному графику. Но из-за длинных смен складывается впечатление, что хирурги попросту живут на работе: