21.07.2026 11:03
Докладываю.
Докладываю.
Приехал, бодр и весел, к работе приступил. Так что возобновлена рассылка лекций. А ещё, прочитав всё то, что размещу внизу, вы испытаете культурный шок, по-простому ахуй. Это беседа двух известных белорусских журналистов и пропагандистов о ненаглядном мне.
Отношусь к подобному предельно равнодушно, с презрительной брезгливостью – ну что с убогих взять; у них даже ко всему привычные врачи не берут анализы. Зачем вам дал вот эту хрень, понятно станет позже, сегодня, из анонса новой лекции про искажённую реальность, которую вам создают. Не только журналисты; вообще. Я там ещё плохому научу.
Пока что просто почитайте. Риск захлебнуться от восторга сугубо ваш.
Людмила Гладкая:
Есть такой старичок-с вечно…
Григорий Азарёнок:
Абтрухан.
Людмила Гладкая:
Вечно... Да, давай его так и называть, кстати.
Григорий Азарёнок:
Абтрухан.
Людмила Гладкая:
Ну, давай так и называть. Вот. Который называет себя полковником, громко, но мне кажется, он офицерскую честь, если там она когда-то и была или что-то приближенное к ней, уже давным-давно пропил, про…
Григорий Азарёнок:
Прокурил?
Людмила Гладкая:
Ну, вообще всё, что любые слова, глаголы, которые вам понравятся, употребляйте здесь. И человек, в общем, сидит он сейчас в России и поливает, поливает.
Ему дело до наших... Он ни черта не понимает в истории, он спекулирует СВО, да, он не может отличить один договор от другого, там, ну, в рамках Союзного государства. Он там ссылается, каким-то спекулирует, говорит… Оперирует какими-то фактами, но он даже, ну, как бы, в них не компетентен, потому что если даже я – человек не военный абсолютно – я открою этот документ, я: ну блин, чувак, несостыковочка.
Григорий Азарёнок:
Абсолютно. Это такой паркетный пьяница, паркетный полковник, который после училища оказался в Центральном аппарате и никогда не был ни в одном гарнизоне. Никогда. Сколько таких этих, извините, полканов-обтруханов?
У нас, вон, некоторые в 2020-м году сдриснули, там из МВД, и из Министерства обороны, и там единицы были, но такие всё-таки есть. Это вот такие вот паркетные пьяницы, которые никогда не бывали нигде в гарнизонах, в войсках, в казармах, пороху не нюхали и так далее. Это вот и они такие: они подсиживают, они доносы пишут, они вот интригами занимаются.
И тут удивительный феномен: человек вроде бы как по рождению белорус, по национальности своей белорус, но вот он ненавидит Беларусь, он ненавидит всё, что с ней связано. Он ненавидит нашу армию, нашего президента, нашу землю, наших людей. Он всё пытается обгадить, унизить, он всё пытается оплевать, он всё пытается вот замазать своим… Ну, вот муха везде видит говно, свинья везде видит…
Людмила Гладкая:
Грязь.
Григорий Азарёнок:
Грязь, значит, и жратву, значит. Беглые везде видят бабки. А вот Абтрухан видит везде вот какую-то вот-вот… Потому что он сам мусором наполнен. Он сам мусорный абтрухан. Это такое вот ничтожество, это такая вот гниющая сущность. Ну и посмотрите на эту пропитую рожу просто, которая не вылазит из запоя. Ну, о чём тут можно говорить? Ну, человек – вот такой персонаж.
Людмила Гладкая:
Да не смотрите. Говорит, посмотрите на его пропитую – не смотрите. Там вот прямо с первого кадра: открываешь (ну, просто по работе приходится иногда на них посматривать, слушать, что они там несут), и у тебя прямо уши в трубочку, потому что только человек открывает рот, и ты думаешь: «Боже! Ну ты же Абтрухан!». Абтрухан, согласна, да».
Приехал, бодр и весел, к работе приступил. Так что возобновлена рассылка лекций. А ещё, прочитав всё то, что размещу внизу, вы испытаете культурный шок, по-простому ахуй. Это беседа двух известных белорусских журналистов и пропагандистов о ненаглядном мне.
Отношусь к подобному предельно равнодушно, с презрительной брезгливостью – ну что с убогих взять; у них даже ко всему привычные врачи не берут анализы. Зачем вам дал вот эту хрень, понятно станет позже, сегодня, из анонса новой лекции про искажённую реальность, которую вам создают. Не только журналисты; вообще. Я там ещё плохому научу.
Пока что просто почитайте. Риск захлебнуться от восторга сугубо ваш.
Людмила Гладкая:
Есть такой старичок-с вечно…
Григорий Азарёнок:
Абтрухан.
Людмила Гладкая:
Вечно... Да, давай его так и называть, кстати.
Григорий Азарёнок:
Абтрухан.
Людмила Гладкая:
Ну, давай так и называть. Вот. Который называет себя полковником, громко, но мне кажется, он офицерскую честь, если там она когда-то и была или что-то приближенное к ней, уже давным-давно пропил, про…
Григорий Азарёнок:
Прокурил?
Людмила Гладкая:
Ну, вообще всё, что любые слова, глаголы, которые вам понравятся, употребляйте здесь. И человек, в общем, сидит он сейчас в России и поливает, поливает.
Ему дело до наших... Он ни черта не понимает в истории, он спекулирует СВО, да, он не может отличить один договор от другого, там, ну, в рамках Союзного государства. Он там ссылается, каким-то спекулирует, говорит… Оперирует какими-то фактами, но он даже, ну, как бы, в них не компетентен, потому что если даже я – человек не военный абсолютно – я открою этот документ, я: ну блин, чувак, несостыковочка.
Григорий Азарёнок:
Абсолютно. Это такой паркетный пьяница, паркетный полковник, который после училища оказался в Центральном аппарате и никогда не был ни в одном гарнизоне. Никогда. Сколько таких этих, извините, полканов-обтруханов?
У нас, вон, некоторые в 2020-м году сдриснули, там из МВД, и из Министерства обороны, и там единицы были, но такие всё-таки есть. Это вот такие вот паркетные пьяницы, которые никогда не бывали нигде в гарнизонах, в войсках, в казармах, пороху не нюхали и так далее. Это вот и они такие: они подсиживают, они доносы пишут, они вот интригами занимаются.
И тут удивительный феномен: человек вроде бы как по рождению белорус, по национальности своей белорус, но вот он ненавидит Беларусь, он ненавидит всё, что с ней связано. Он ненавидит нашу армию, нашего президента, нашу землю, наших людей. Он всё пытается обгадить, унизить, он всё пытается оплевать, он всё пытается вот замазать своим… Ну, вот муха везде видит говно, свинья везде видит…
Людмила Гладкая:
Грязь.
Григорий Азарёнок:
Грязь, значит, и жратву, значит. Беглые везде видят бабки. А вот Абтрухан видит везде вот какую-то вот-вот… Потому что он сам мусором наполнен. Он сам мусорный абтрухан. Это такое вот ничтожество, это такая вот гниющая сущность. Ну и посмотрите на эту пропитую рожу просто, которая не вылазит из запоя. Ну, о чём тут можно говорить? Ну, человек – вот такой персонаж.
Людмила Гладкая:
Да не смотрите. Говорит, посмотрите на его пропитую – не смотрите. Там вот прямо с первого кадра: открываешь (ну, просто по работе приходится иногда на них посматривать, слушать, что они там несут), и у тебя прямо уши в трубочку, потому что только человек открывает рот, и ты думаешь: «Боже! Ну ты же Абтрухан!». Абтрухан, согласна, да».