Мастер у-шу: рабочий большой палец и герметик

Часть 7

Мастер сидел и осознавал. Красоту листвы. Свежесть полудня после дождя. Значимость работы. Достал из ящика ветошь и положил рядом. Достал шпатель, и спрятал в карман. Достал герметик и уронил ящик. Петрович в восторге взвыл.

Видимо, наебнувшийся ящик – то была неотъемлемая часть рабочего процесса. Поскольку не отреагировало ни одно окно штаба; у нас бы, да на такую развлекуху… Поверивший в себя Петрович ставил литр, что «клоун наебнётся следом». Дальнейшее заставило забыть о пари.

Мастер начал просушивать щель. Он погрузил в неё большой палец правой руки и начал уверенно, но медленно и с достоинством, вести им от стены к краю. На краю он вытирал палец ветошью. И так шесть раз. Потом он взял герметик. Тогда-то мы и окончательно застыли в предвкушении. И не зря.

Это был истинный мастер у-шу. Стиль рабочего большого пальца. Он выдавливал герметик рядом со щелью, пятисантиметровой колбаской. Он тщательно трамбовал герметик в щель большим пальцем. Он прошёлся по всей длине щели, и начал чистовую отделку, выдавливая герметик уже на большой палец, и полируя им неровности, добиваясь идеала. Нет, палец он не облизывал, потому, как мастер: он на него плевал, уверенно попадая в подушечку. Закончив действо, он с достоинством выпрямился. Не, не наебнулся: из-за угла подмастерье выскочил со стремянкой. Мастер неторопливо слез и начал созерцать содеянное, снизу вверх.

Не, шпатель он тоже достал. Когда рядом с его головой ёбнулся забытый наверху баллон с герметиком, досрочно медитацию прекратив. Достал, тщательно осмотрел, и спрятал в инструментальный ящик (последний был, на удивление, цел). И правильно, рабочие прибамбасы надо беречь, они денег стоят…

Тем временем, пока да сяо Ли наливался гордостью за китайских мастеров, Петрович и Серёгин начальник, первый раз за учение, пришли к согласию. Они оба дачи строили, вот и пообещали друг другу китайцев на работы не нанимать. Ну, Петрович ещё таджиков пообещал не нанимать, потому как с китайцами в Подмосковье напряжёнка в сельской местности, но это честности ради и солидарности для.

А моей честности активно мешали лейтенант-переводчик в нирване (китайский толмач хер бы нужное перевёл) и Пашин каблук на пальцах моей ноги (многозначительно присутствуя). Посему горькую правду по эпизоду до да сяо Ли какая-то другая сволочь довела. Потому как он меня спросил через пару дней: почему русские товарищи считают, что мастер работал неправильно. Грустно так спросил. Я поперхнулся дымом.

Ну, северные варвары мы, чо.