13.08.2026 13:28
Бабоньки, скажите, вы у меня грешницы?
Бабоньки, скажите, вы у меня грешницы?
Впрочем, помолчите.
Я вот что думаю…
В рай с грехами нельзя. Даже с чревоугодием, махолёсие.
Но вы хоть раз встречали совсем безгрешных людей?
Вывод: в раю очень малолюдно. Там должно быть, как на вечеринках Агафьи Лыковой.
Нет. Конечно есть святые, Папа в Ватикане, например, канонизирует блаженных. Но это же единицы.
И, конечно же, есть процесс покаяния. Даже грешники искренне просят прощения, проходят мытарства и уже без грязи попадают в рай. Но, подозреваю, и таких мало.
Вот возьмём меня. В теории, мне очень нужно в рай! Потому что мне нравится малолюдие (есть такое слово?). Толкучка в аду точно не про меня: вот всё это отсутствие гигиены, кто~то свою музыку будет на колонке включать, наверняка. Предвижу, что в аду будут «живая» очередь и по записи. Брррр…
Но здесь два парадокса.
1 / Само моё желание видеть поменьше людей (даже после смерти) является гордыней. А если мне спокойно на душе и я никому не мешаю этим?
2 / Если я искренне покаюсь, пройду очищение огнём божественным от скверны греховной, то буду ли это я?
Впрочем, хорошо, что я ~ атеист. Мне очень нравится участвовать в потрясающе красивом, непостижимым человеческим мозгом процессе. Сейчас атомы, из которых я состою, летят на небольшой планете хрен пойми по каким спиралям на краю галактики, на территории, которую посторонние люди (до меня!) договорились называть Россия. Мои атомы тыкают неким пальцем в стекло, набирая закорючки, которые сейчас звучат у вас в голове.
Разве не масштабное чудо? Это же потрясающе!
И что после смерти у нас ~ атеистов?
Верующие думают, что ничего.
Но я вижу последующую красоту: атомы, из которых я состою, примут дальнейшее участие в неизъяснимом процессе. Распадутся на звездный порошок и снова соберутся. Может в цветок. А может в брошюру с таблицами Брадиса для школьников Нижневартовска. Не важно.
Мне от этого так спокойно.
Это атомы. А слова мои пусть послужат чему~то хорошему. Например, отпечатаются закорючками в ваших мозгах и если вы улыбайтесь, то уже всё в это мгновение не зря.
Впрочем, помолчите.
Я вот что думаю…
В рай с грехами нельзя. Даже с чревоугодием, махолёсие.
Но вы хоть раз встречали совсем безгрешных людей?
Вывод: в раю очень малолюдно. Там должно быть, как на вечеринках Агафьи Лыковой.
Нет. Конечно есть святые, Папа в Ватикане, например, канонизирует блаженных. Но это же единицы.
И, конечно же, есть процесс покаяния. Даже грешники искренне просят прощения, проходят мытарства и уже без грязи попадают в рай. Но, подозреваю, и таких мало.
Вот возьмём меня. В теории, мне очень нужно в рай! Потому что мне нравится малолюдие (есть такое слово?). Толкучка в аду точно не про меня: вот всё это отсутствие гигиены, кто~то свою музыку будет на колонке включать, наверняка. Предвижу, что в аду будут «живая» очередь и по записи. Брррр…
Но здесь два парадокса.
1 / Само моё желание видеть поменьше людей (даже после смерти) является гордыней. А если мне спокойно на душе и я никому не мешаю этим?
2 / Если я искренне покаюсь, пройду очищение огнём божественным от скверны греховной, то буду ли это я?
Впрочем, хорошо, что я ~ атеист. Мне очень нравится участвовать в потрясающе красивом, непостижимым человеческим мозгом процессе. Сейчас атомы, из которых я состою, летят на небольшой планете хрен пойми по каким спиралям на краю галактики, на территории, которую посторонние люди (до меня!) договорились называть Россия. Мои атомы тыкают неким пальцем в стекло, набирая закорючки, которые сейчас звучат у вас в голове.
Разве не масштабное чудо? Это же потрясающе!
И что после смерти у нас ~ атеистов?
Верующие думают, что ничего.
Но я вижу последующую красоту: атомы, из которых я состою, примут дальнейшее участие в неизъяснимом процессе. Распадутся на звездный порошок и снова соберутся. Может в цветок. А может в брошюру с таблицами Брадиса для школьников Нижневартовска. Не важно.
Мне от этого так спокойно.
Это атомы. А слова мои пусть послужат чему~то хорошему. Например, отпечатаются закорючками в ваших мозгах и если вы улыбайтесь, то уже всё в это мгновение не зря.