15.07.2026 07:30
Говорили с одной мамой о том, почему она не имеет никакого своего дела.
Говорили с одной мамой о том, почему она не имеет никакого своего дела. Она объясняла это тем, что вот приготовит ребёнку еду, ещё что-то сделает по дому – и её день прошел. Складывается впечатление, что она просто ищет себе какое-то оправдание. Сейчас ребёнок вырос – и что ей теперь делать? Все годы она только готовила еду, помогала сделать уроки, а что ей делать дальше? В итоге если у мамы нет чего-то своего, за что её можно было бы уважать как человека, ребёнок может и не иметь к ней уважения.
В другие времена, конечно, было иначе, у человека традиционной культуры дети не были его центром. Было нормально, что все ждут отца и только потом едят все вместе. И детям это было комфортно, у них был образ родителя, как большого, того, на кого они могут опереться. Это не значит, что родитель подавлял их своей фигурой, просто дети знали, что он способен защитить их.
А сейчас мы наблюдаем детоцентричные семьи, где мама пренебрегает мужем: он пришёл с работы – и пусть что-то себе разогреет, мне главное сейчас уделить время ребёнку. Ребёнок привыкает к такому порядку, что в его семье папа – никто. И потом он начинает так относиться к отцу. В итоге, когда авторитет отца угасает, отец уже не может ничем ему помочь. А в тех семьях, где авторитет отца силён, ребёнок развивается гармонично.
Когда ребёнку по первому требованию покупают всё, что ему хочется, в итоге он вырастает и превращается в эгоистического монстра. Не стоит подменять понятие служения людям или служения детям на понятие детоцентричности. В каком-то смысле ребёнок должен понимать, что есть какие-то ограничения, потому что, когда он вырастет, и, не дай Бог, в его жизни будут наркотики или какие-то катастрофы, тогда именно навык принятия ограничений поможет ему выжить. Он будет знать, что есть черта, которую нельзя переступать. И он выживет, благодаря тому, что, когда ему захочется поехать за новой порцией наркотиков, он будет знать, что это тупик и не поедет. А те, кому в детстве родители всё попускали, даже зная, что наркотики – смерть, всё равно поедет за новой дозой. В детстве ему не привили, что есть черта, за которую нельзя переступать. Стремление мамы огородить ребёнка от всего на свете иногда уместно, а иногда совсем не уместно. Ребёнку тоже нужно учиться встречаться со своими разочарованиями, учиться решать проблемы, а когда мама от всего этого ограждает, ребёнок вырастает незрелым, неспособным встречаться с трудностями. Поэтому пусть этот кризис станет для Вас началом новой жизни, началом духовной жизни и постепенным её углублением.
В другие времена, конечно, было иначе, у человека традиционной культуры дети не были его центром. Было нормально, что все ждут отца и только потом едят все вместе. И детям это было комфортно, у них был образ родителя, как большого, того, на кого они могут опереться. Это не значит, что родитель подавлял их своей фигурой, просто дети знали, что он способен защитить их.
А сейчас мы наблюдаем детоцентричные семьи, где мама пренебрегает мужем: он пришёл с работы – и пусть что-то себе разогреет, мне главное сейчас уделить время ребёнку. Ребёнок привыкает к такому порядку, что в его семье папа – никто. И потом он начинает так относиться к отцу. В итоге, когда авторитет отца угасает, отец уже не может ничем ему помочь. А в тех семьях, где авторитет отца силён, ребёнок развивается гармонично.
Когда ребёнку по первому требованию покупают всё, что ему хочется, в итоге он вырастает и превращается в эгоистического монстра. Не стоит подменять понятие служения людям или служения детям на понятие детоцентричности. В каком-то смысле ребёнок должен понимать, что есть какие-то ограничения, потому что, когда он вырастет, и, не дай Бог, в его жизни будут наркотики или какие-то катастрофы, тогда именно навык принятия ограничений поможет ему выжить. Он будет знать, что есть черта, которую нельзя переступать. И он выживет, благодаря тому, что, когда ему захочется поехать за новой порцией наркотиков, он будет знать, что это тупик и не поедет. А те, кому в детстве родители всё попускали, даже зная, что наркотики – смерть, всё равно поедет за новой дозой. В детстве ему не привили, что есть черта, за которую нельзя переступать. Стремление мамы огородить ребёнка от всего на свете иногда уместно, а иногда совсем не уместно. Ребёнку тоже нужно учиться встречаться со своими разочарованиями, учиться решать проблемы, а когда мама от всего этого ограждает, ребёнок вырастает незрелым, неспособным встречаться с трудностями. Поэтому пусть этот кризис станет для Вас началом новой жизни, началом духовной жизни и постепенным её углублением.