О том, как эта истина, что смерти нет, вошла в сердце одной женщины, очень трогательно повествуется в книге с историями реальных людей – "Отец Арсений…

О том, как эта истина, что смерти нет, вошла в сердце одной женщины, очень трогательно повествуется в книге с историями реальных людей – "Отец Арсений". Женщину звали Надежда Петровна. Она была ярой атеисткой, борцом идеологического фронта. Но так случилось, что осталась в жизни одна. Страшные годы репрессий забрали у неё мужа, детей... Мужа, как врага народа, посадили. Детей забрали в детские дома, кто-то погиб на фронте, кого-то забрала болезнь. И она всю жизнь несла в себе немое страдание.

Как-то она приняла в свой дом одного человека. Он казался Надежде Петровне забитым, сломленным системой, Потом, впоследствии, она узнала что этот, как ей казалось, забитый человек, был священником. Со временем она стала замечать, что он человек непростой, культурный, интеллигентный, высокодуховный. Бывало, они разговаривали вечерами.

Однажды ей было особенно тяжело. Она вспоминала свои скорби, глаза детей в тот момент, когда их забирали от неё, вспоминала годы, проведённые в лагере с мужем. Ей было настолько тяжело, что она хотела умереть. Или хотела куда-то бежать, требовать у кого-то отчета... Но не было никого, кто ей бы мог помочь

Она подумала было об отце Арсении, том священнике, что жил у нее: "Что может сделать этот сломленный старик, чем может помочь мне?" Но всё-таки пошла к нему, застав того за молитвой. Ей было настолько плохо, что она могла лишь простонать, попросив о помощи, сказав, что ей очень тяжело. Но услышав слова молитвы, её как будто прорвало, и она исповедовалась о.Арсению.

"Говорила я долго, несколько часов, а о. Арсений, опёршись руками на стол, недвижно слушал меня, не прерывая, не поправляя. Когда я кончила, сама удивившись тому, что рассказала, о. Арсений встал, подошёл к иконе, поправил лампадку, перекрестился несколько раз и стал говорить. Говорил он, вероятно, недолго, но то, что сказал, ещё и ещё раз заставило меня понять все свои страдания иначе, чем я понимала их раньше. Ведь страдала и мучилась я и за те дела, которые когда-то совершала, ведь и от моих поступков и действий страдали люди, а я не думала о них, забывая об их мучениях. Почему я должна быть лучше их?

Отец Арсений сказал: “Хорошо, что Вы мне рассказали свою жизнь, ибо полная откровенность – это кладезь очищения совести человека. Вы найдёте себя, Надежда Петровна”, – и трижды благословил меня. Я не стала сразу верующей, но поняла, что есть многое, то многое, что упущено мною в жизни, и это упущенное и ранее не найденное с помощью Божией и о. Арсения я нашла. Сперва я привыкла к нему, потом привязалась и увидела в нём человека совершенно необычного, несущего в себе глубокую духовность, веру и доброту к людям. Никогда не могла я предположить, что худой усталый человек, пришедший ко мне в лагерной телогрейке, окажет такое влияние на меня и я стану верующей, ранее отрицавшая Бога и гнавшая Его".

И вот, как эта Надежда Петровна , человек должен что то пережить. Что-то, не передаваемое никакими словами и то, что пережить за него не может никто другой. Он должен найти себя – и когда это произойдёт, когда незримый свет молитвы упадет в его сердце – тогда он сможет примириться и со смертью близких, и с теми трудностями, с которыми столкнулся в этой жизни. Действительно, тогда он сможет перенести разлуку с близкими людьми не как горе, а как некий праздник, особенно если осознает, что близкие его были людьми праведными.

Сегодняшний день мы и переживаем как такой праздник.