Как мы спасли югославский стул 1972 года с помойки

Помните эту историю?⬇️ Добрался стульчик-то до Москвы, забрали сегодня в транспортной🥲💔

- Он запрещает мне брать это с помойки! - ору Кудряшу в вотсап.

- В смысле??? - чую, Нодежда снимает со стены саблю дядюшки Чарльза. - Я вижу, это что-то кросивое, Оличька!

- Посмотри, какая изящная спинка, Надичька!

- Да-да, изгиб. Стать. Порода. С ума сошёл такое сокровище на произвол судьбы бросать! Посмотри, как у него копытца расширяются после нижнего шарика. Я редко такое встречаю, это раритет, зуп даю.

Надевай штиблеты, говорю, человек без тонкого чувства вкуса, печаль всей моей жизни. Мчим на помойку. Как бы раритет этот не забрали, пока мы тут с Нодеждой страдаем от твоей бесчувственности.

- Ну, вряд ли нам может так несказанно повезти. Хорошо, что ночь на дворе и не так много людей примут нас за сумасшедших.

И что б вы думали? Как в воду глядела! Прибегаем, а в том углу бабулька ковыряется!

- Поздравляю, - говорю, сложив губы куриной жопкой. - Мы-старухи знаем толк в добротной мебели. Поминай теперь, как звали.

Но минуты через две конкурентка отошла, гремя алюминиевыми банками.

Не медля ни секунды, я накинулась на стул как ястреб. Понятное дело, что был он идеален и восхитителен, как мы с Надичькой и предполагали. К изумленью окрестных алкашей отсняла его во всех ракурсах.

- Переворачивай, - говорю, - милок, вдруг этикетка сохранилась.

И она-таки сохранилась! Югославская фабрика “Ж. Зренянин”, 1972 год! Массив дерева, практически идеальная сохранность! 52 года экспонату!!!

Говорю, вот и представь себе, маленький стульчик родился в Югославии в далёком 1972 году. Скорее всего, достать его в Ростове было мандец, как сложно. Нужно было стоять в очередях месяцами, дружить с директором мебельного или хотя бы главной бухгалтершей, а может, и дать взятку борзыми щенками.

Верой и правдой прослужил он 52 года и вдруг оказался на помойке под жарким южным палящим солнцем, под проливными дождями. Грустно и одиноко было стулу, стала ветшать изумрудная обивка и сохнуть дивное дерево.

Но родился этот стульчик под счастливой звездой, ведь тут как тут оказались мы с Надичькой. Мог ли он подумать, что через полгода окажется отреставрированным практически в самом центре Москвы. Ладно, за третьим транспортным кольцом.

Вместо того, чтобы расплакаться от умиления, уткнувшись мне в плечо, человек этот невыносимый задрал брови на затылок.

- Слышь, - говорит, - Ганс Христиан Андерсен недоделанный. Если у меня в кладовке заведутся блохи, в центр Москвы потащишь его пешком, повторив тем самым подвиг Михайло Ломоносова.

И, взвалив раритет на плечо, зашагал в темноту.

Июль 2024