День Победы: школа, дед и «Летят журавли»
В прошлом году накануне, в мой день рождения, меня нашел директор Музея Первой артиллерийской спецшколы Илья Нестеров. И 8 мая мы с мамой были приглашены на торжественное празднование в школу 2030, которая хранит память о юных артиллеристах сороковых-роковых, о моем деде.
В этом году мы были на торжественной линейке в школе уже втроем - с моей дочкой. А до того мы успели передать школьному музею семейные реликвии - дедушкину парадную форму, его пишущую машинку, любимый радиоприемник и фото.
Вчера я включила навигатор и вбила - 2-ая Звенигородская… И мы бодро спешили по этой улице с коляской.
Сегодня я сканирую фото для музея, особо ценные экземпляры.
И смотрю «Летят журавли». Почему-то только этот фильм попросила душа. И слышу то, что раньше не улавливало ухо:
«Где сборный пункт? — В школе, 2-я Звенигородская...»
Так это же дедушкина школа! Та самая. На месте нынешней была школа 101. И именно там учились артиллеристы. И именно тут теперь музей, пушка, сюда мы приходим возложить цветы. И многие выпускники этой школы - те, кто вернулся - на соседнем Ваганьковском, а те, кто не вернулся - летят журавлями в небе.
И так все встало на свои места. Почему я люблю этот фильм? Почему я всегда привожу в пример Бориса и ненавижу Марка? Почему из всех фильмов о войне этот для меня - главный?
Потому что мы с ним кровно связаны. Дед, школа, призывной пункт, Москва, страна. Сам автор сценария Виктор Розов уходил отсюда же.
Здесь мой дед на уроке химии, 1941 г. И вот школа, фото 1954 г.
Отсюда уходило в вечность героическое московское ополчение.
Краснопресненская дивизия московского ополчения — 1100 студентов, аспирантов, преподавателей и сотрудников Московского университета, более 200 человек из Московской консерватории, ГИТИСа, Геологоразведочного и Юридического институтов, рабочие Трехгорной мануфактуры и завода «Пролетарский труд», рабочие с заводов Московской области, члены Союза советских писателей, артисты Театра Революции. Из 7,5 тысяч бойцов более 4 тыс до сих пор числятся без вести пропавшими.
Когда я стояла у памятника с малышкой, я как никогда ранее понимала, что они для нас сделали - они дали нам нам жизнь, ценой своей жизни