14.08.2026 09:08
В банковской системе России образовалась дыра в 2,7 трлн рублей Российский банковский сектор вышел на максимальный с ма
В банковской системе России образовалась дыра в 2,7 трлн рублей
Российский банковский сектор вышел на максимальный с марта 2022 года уровень структурного дефицита ликвидности. На 13 августа показатель превысил ₽2,7 трлн, следует из данных ЦБ, на которые ссылается РБК.
Для тех, кто не до конце понял: банки должны ЦБ больше денег, чем держат на депозитах и корреспондентских счетах у регулятора. Именно эту разницу и называют структурным дефицитом ликвидности.
В начале года она составляла около 587 млрд рублей. С апреля стабильно держалась выше 1 трлн, затем пошла резко вверх. В июле и августе показатель уже находился в диапазоне 2–2,7 трлн рублей.
На этом фоне руководители крупных банков начали публично говорить о проблеме ликвидности. Тему с большой долей вероятности обсуждают и внутри банковского сообщества, так и среди крупных клиентов.
При этом ЦБ тревогу не разделяет. В регуляторе считают нынешний уровень относительно небольшим по сравнению с тем, что российские банки проходили в 2012–2017 годах.
Кстати, сам по себе структурный дефицит не означает, что у банков заканчиваются деньги на вклады и кредиты. Речь идет прежде всего о средствах, которые банки используют для расчетов через платежную систему ЦБ.
То есть это серьезная цифра, но не банковский апокалипсис.
Впрочем, если сам банковский сектор уже начинает вслух обсуждать ликвидность как проблему, за показателем точно стоит следить.
OZMAN
Российский банковский сектор вышел на максимальный с марта 2022 года уровень структурного дефицита ликвидности. На 13 августа показатель превысил ₽2,7 трлн, следует из данных ЦБ, на которые ссылается РБК.
Для тех, кто не до конце понял: банки должны ЦБ больше денег, чем держат на депозитах и корреспондентских счетах у регулятора. Именно эту разницу и называют структурным дефицитом ликвидности.
В начале года она составляла около 587 млрд рублей. С апреля стабильно держалась выше 1 трлн, затем пошла резко вверх. В июле и августе показатель уже находился в диапазоне 2–2,7 трлн рублей.
На этом фоне руководители крупных банков начали публично говорить о проблеме ликвидности. Тему с большой долей вероятности обсуждают и внутри банковского сообщества, так и среди крупных клиентов.
При этом ЦБ тревогу не разделяет. В регуляторе считают нынешний уровень относительно небольшим по сравнению с тем, что российские банки проходили в 2012–2017 годах.
Кстати, сам по себе структурный дефицит не означает, что у банков заканчиваются деньги на вклады и кредиты. Речь идет прежде всего о средствах, которые банки используют для расчетов через платежную систему ЦБ.
То есть это серьезная цифра, но не банковский апокалипсис.
Впрочем, если сам банковский сектор уже начинает вслух обсуждать ликвидность как проблему, за показателем точно стоит следить.
OZMAN