Женщина нервно обернулась тут же.

Женщина нервно обернулась тут же. И как услыхала только. Ветер завывал и свистел так, что даже шагов своих по скрипучему снегу не уловить.

Как женщине вернуть память, как в молодости, и защитить себя от деменции и Альцгеймера всего за 7 дней за счёт 10 простых упражнений из нейрофизиологии

Бесплатный курс: каждое упражнение занимает не более 15 минут в день и не требует специальной подготовки

Получить бесплатный доступ →

— Это вы? — одними губами произнесла Катерина, замерев на месте.

Андрей Ильич осмотрелся и потянул её под навес закрытого сельского клуба. В такую непогоду вряд ли увидит кто их. Все по домам сидят.

— Катя ... Давно хотел поговорить с вами. Да не решался ...

— Андрей Ильич, прошу вас. Не надо — взмолилась Катерина, понимая, о чём пойдёт разговор — ну зачем? Всё же так спокойно и идёт своим чередом. Я же временно у вас. Вот война закончится, и мы с мальчишками вернёмся к себе. Не надо, Андрей Ильич. Не стоит.

Катерина чуть ли не бегом поспешила вдоль улицы. Сердце её колотилось, дыхание прерывалось, и казалось, что от страшного волнения она вот-вот распластается на снегу в полуобморочном состоянии.

Заглянув сейчас в грустные и мудрые глаза председателя, осознала Катерина вдруг, что любит этого человека, несмотря на большую разницу в возрасте и его семейное положение.

*** Танюшка, едва опустившись на стул и прислонившись спиной к стене, задремала. Ночь была тяжёлой, глаза от усталости сами собой слипались.

Ещё летом она выпустилась из детского дома, а уже осенью ушла на фронт, помогать с ранеными в военном госпитале. Рук не хватало, и её взяли.

Чего только не насмотрелась за эти месяцы девушка, твёрдо пообещав себе, что как только война закончится, то она обязательно поступит в медицинский. Помогать людям, лечить их и ухаживать было её истинным призванием.

Она каждого раненого не обделяла своей заботой, горячо тоскуя по своему близкому другу Митьке Гурьянову. Знала она, что воюет он где-то под Сталинградом.

Списывались они, пока Таня в детском доме жила, а потом связь оборвалась.

Хоть бы живой где был, а там жизнь долгая, авось сведёт их судьба или Танюшка землю перевернёт, а сама найдёт Митьку. Так рвалась её душа к нему.

Ведь, повзрослев, почувствовала девушка, что любит юношу не как брата или друга, а как единственного мужчину, которого хотела бы видеть с собой рядом.

— Сестричка ... — донеслось до Танюшки как сквозь вату — водички попить принеси.

Девушка сорвалась с места тут же, будто и не дремала только что.

Все раненые солдатики, молодой или старый, были для неё словно родные. К каждому она летела на помощь, как бы она сама не уставала.

***

Ольга шлёпнула Мишку чуть пониже спины.

— Угомонись уже! Носишься, как оглашенный — прикрикнула она на сына.

В квартире холод стоял, из еды ни крошки хлеба. Уж какой год блокада Ленинграда идёт. Конца и края тому нет. Чем детей кормить? А у неё их трое.

Старушка-хозяйка померла прошлой зимой от воспаления лёгких, Петька на войну ушёл, а Ольга крутилась с детьми, как могла.

Девятнадцатый год ей пошёл. Детей она своих ни одного не любила.

Порода Лыковых, ничего от Пахомовых нет. Но тем не менее заботилась о них, воспитывала, как могла, мечтая совсем о другой жизни.

Война избавила её от Петьки. Только надолго ли?

Ведь вернётся, отыщет её, где бы она ни была, а потому сидела Ольга на одном месте и даже не помышляла сбежать куда-нибудь. Да и куда бежать? Кругом немцы.

Порой упорная мысль свербила голову, что как бы Петька сгинул на этой войне, вот тогда дышалось бы ей легче.

Дети вырастут, сами по себе потом будут, а она, Ольга, наконец-то вздохнёт свободно.

Настолько очерствела она за это время, что не вспоминала ни о ком. Ни об отце, ни о бабушке с дедушкой, ни о сестре своей, Танюшке.