Как в северной глубинке боролись с безграмотностью Знаете, когда слышишь про «ликбез», чаще всего представляешь себе пл

Как в северной глубинке боролись с безграмотностью

Знаете, когда слышишь про «ликбез», чаще всего представляешь себе плакаты 20-х годов с рыжеволосой женщиной в платке, которая старательно выводит палочки. Но за этой красивой картинкой стояла жесткая реальность. Особенно, если речь шла не о столичных городах, а о далеких промысловых поселках, вроде нашего Северо-Енисейского.

В 1930 году в районе проживало чуть больше 3500 человек. Вдумайтесь только в эту цифру! И ведь огромная часть этих людей банально не умела ни читать, ни писать. С одной стороны, казалось бы, ну зачем грамота старателю, который целыми днями катает тачку с рудой или валит лес? Этому ремеслу не научишься по букварю. Но страна в те годы бешеными темпами гнала индустриализацию. Первые пятилетки требовали новой техники, а для нее нужны были не просто «рабочие руки», а толковые специалисты, которые понимают чертежи и инструкции. Поэтому партия сказала: «Учиться!», и под этот лозунг встала вся страна. Северо-Енисейский район — не исключение, а скорее типичный пример той эпохи.

Давайте посмотрим на цифры того времени. В 1930-м в районе уже насчитывалось 5 школ первой ступени. Представляете? Три четырехлетки и две трехлетки, плюс одна семилетка (ФЗС) на весь огромный кусок тайги. Школы был при приисках: Северо-Енисейском, Елизаветинском, Анненском, Ново-Мариинском. И учителей-то было всего — девять человек! Девять педагогов на тысячи населения. Но поражает другое: помимо детей, за парты сели 107 взрослых, а в школах малограмотных числилось аж 248 человек. Итого 623 человека пытались постигать науки в условиях суровой сибирской зимы и бытовой неустроенности. В том же году начали строить новые школы на Спасском, Дорогом и в Тейстрое — стройка шла, несмотря ни на что.

Однако, как это часто водится, энтузиазма масс оказалось недостаточно. К январю 1935 года терпение у властей лопнуло. В районной газете публикуют постановление райисполкома, которое звучит как приговор: всех неграмотных в возрасте от 16 до 50 лет поголовно обязать посещать школу взрослых. И тут начинается самое интересное.

Если ты прогулял 4 занятия подряд или 6 в месяц — считай, что ты «злостный уклонист». И за это полагалась вполне себе серьезная кара: штраф до 100 рублей (огромные деньги по тем временам!) или, что еще обиднее, исправительные работы на срок до месяца. Контроль за посещаемостью возложили не на учителей, а на инструкторов, культбытовые организации, поссоветы и даже райотдел милиции. Суровое было время.

К концу 1936 года размах кампании впечатляет. Только в Совруднике открылось 10 школ для взрослых! Они располагались буквально везде: в горном цехе, в автотранспортном, в механическом, при больнице, при райисполкоме, даже при продснабе и в отделе НКВД. Всего в районе к тому моменту действовала 21 школа, где зубрили науки 577 человек. Но это было только начало.

37-й год объявили годом окончательной ликвидации неграмотности. Центр требовал отчета, и на местах закипела работа с удвоенной силой. В январе провели конференции школ взрослых в поселках Пролетарском, Викторовском, Спасском, Вельмо-2, Старо-Николаевском, Тее... А уже в феврале 1937 года цифры взлетают до небес: 51 школа, 1500 учащихся! Казалось бы, еще чуть-чуть, но тут грянул 41-й. Война перечеркнула все благие начинания. Подросткам, вчерашним школьникам, пришлось бросить парты и встать к станкам, уйти в шахты и на драги. Огромная часть старшеклассников Северо-Енисейского района сменила учебники на лопаты и кайла — нужно было ковать Победу в тылу. И только когда в конце войны стало окончательно ясно, что фашисту конец, власти снова вспомнили про образование. Так после военных лет, и появились в районе школы рабочей молодежи — уже новый этап, где за знания боролись те, кто выжил в войне и прошел через горнило тяжелейшего труда.

На фото коллектив ФЗС, школа Ново-Михайловского и Владимировского приисков соответственно. 1937 год,

Мы в Макс Дзен Телеграм
Наш сайт