21.10.2026 18:53
Таиру сейчас 1 год и 4 месяца.
Таиру сейчас 1 год и 4 месяца.
На этом видео он бежит ко мне, чтобы просто обнять. Для него это целое событие. Добежать до папы, прижаться, почувствовать, что я рядом.
А я смотрю на него и думаю совсем о другом.
Мне было ровно столько же, когда не стало моей мамы. А отец оказался в тюрьме. И вот сейчас, спустя столько лет, я смотрю на своего сына и, наверное, впервые по-настоящему осознаю, насколько же маленьким я тогда был.
Я вижу, как Таир ищет нас глазами, как тянет руки, как радуется, когда мы возвращаемся домой. Как ему иногда просто необходимо, чтобы его взяли на руки, обняли и никуда не отпускали. И в такие моменты у меня внутри всё переворачивается. Потому что я понимаю, что когда-то точно таким же маленьким был и я.
Я ведь тоже, наверное, искал маму глазами. Тоже хотел, чтобы меня взяли на руки. Тоже нуждался в том, чтобы кто-то был рядом. Только мамы уже не было. И папы рядом тоже.
Я не помню себя в том возрасте. Не помню, как плакал, кого звал, как засыпал. Но сейчас, глядя на своего сына, невольно задаюсь вопросом, а что тогда чувствовал тот маленький Рустам? Как ему было без маминого тепла, без её рук, без человека, для которого он был целым миром?
Я многое пережил в своей жизни. И мне казалось, что я давно научился спокойно смотреть на своё прошлое. Но иногда достаточно увидеть, как твой маленький сын бежит к тебе с распростёртыми руками, чтобы внутри что-то сжалось. Потому что в этот момент я вижу не только своего сына. Я вижу ещё и себя. Маленького мальчика, которому тоже очень нужны были мама и папа.
И знаете, чего мне сейчас хочется больше всего? Обнять того маленького Рустама. Так крепко, как сегодня меня обнимает мой сын. И сказать ему, что он не один. Что он обязательно вырастет. Что однажды у него будет своя семья, свои дети и дом, в котором его всегда будут ждать.
А пока я просто обнимаю Таира. И, наверное, в каком-то смысле вместе с ним обнимаю и того маленького себя.
На этом видео он бежит ко мне, чтобы просто обнять. Для него это целое событие. Добежать до папы, прижаться, почувствовать, что я рядом.
А я смотрю на него и думаю совсем о другом.
Мне было ровно столько же, когда не стало моей мамы. А отец оказался в тюрьме. И вот сейчас, спустя столько лет, я смотрю на своего сына и, наверное, впервые по-настоящему осознаю, насколько же маленьким я тогда был.
Я вижу, как Таир ищет нас глазами, как тянет руки, как радуется, когда мы возвращаемся домой. Как ему иногда просто необходимо, чтобы его взяли на руки, обняли и никуда не отпускали. И в такие моменты у меня внутри всё переворачивается. Потому что я понимаю, что когда-то точно таким же маленьким был и я.
Я ведь тоже, наверное, искал маму глазами. Тоже хотел, чтобы меня взяли на руки. Тоже нуждался в том, чтобы кто-то был рядом. Только мамы уже не было. И папы рядом тоже.
Я не помню себя в том возрасте. Не помню, как плакал, кого звал, как засыпал. Но сейчас, глядя на своего сына, невольно задаюсь вопросом, а что тогда чувствовал тот маленький Рустам? Как ему было без маминого тепла, без её рук, без человека, для которого он был целым миром?
Я многое пережил в своей жизни. И мне казалось, что я давно научился спокойно смотреть на своё прошлое. Но иногда достаточно увидеть, как твой маленький сын бежит к тебе с распростёртыми руками, чтобы внутри что-то сжалось. Потому что в этот момент я вижу не только своего сына. Я вижу ещё и себя. Маленького мальчика, которому тоже очень нужны были мама и папа.
И знаете, чего мне сейчас хочется больше всего? Обнять того маленького Рустама. Так крепко, как сегодня меня обнимает мой сын. И сказать ему, что он не один. Что он обязательно вырастет. Что однажды у него будет своя семья, свои дети и дом, в котором его всегда будут ждать.
А пока я просто обнимаю Таира. И, наверное, в каком-то смысле вместе с ним обнимаю и того маленького себя.