06.04.2026 13:17
Олег Николаев, глава ГК «Далпорт», член генсовета «Деловой России», основатель винодельни «Остров Олега Николаева», автор телеграм-канала «Олег Никола…
Олег Николаев, глава ГК «Далпорт», член генсовета «Деловой России», основатель винодельни «Остров Олега Николаева», автор телеграм-канала «Олег Николаев. Севастополь» рассказал читателям СМИ2 о причинах кризиса на мировом рынке вина и как он влияет на российских виноделов:
Бума виноделия в глобальном масштабе сегодня действительно не существует. В том смысле, что в последние годы нет взрывных точек, которые сильно отражались бы на глобальной статистике в сторону роста. Как это было в 1970-1980-е в странах Нового Света, включая США, Австралию, Новую Зеландию, Чили и так далее.
По данным Международной организации виноградарства и виноделия (OIV), в 2024 году мировые продажи вина составили 21,42 млрд литров. Это лишь чуть-чуть больше, чем в 1961-м. Впрочем, надо помнить, что виноделие — это не выпуск айфонов и не строительство ветряных электростанций. Отрасль консервативная и не подверженная таким бурным всплескам. А что касается роста населения Земли за десятилетия, то, опять же, надо помнить, где именно оно растет, а где даже сокращается. «Ядерная» аудитория потребления вин, в особенности хороших вин, концентрируется не в Бангладеш, и не в Намибии.
Если посмотреть на глобальную статистку OIV с 2000 года, то увидим, что производство вина за это время имело пики и спады,но в целом сократилось, хоть и не слишком драматично. График потребления вина за этот же период — очень плавная, в отличие от производства, дуга. Но в целом потребление за 25 лет не выросло, даже чуть сократилось. А вот график экспорта вин — это линия с небольшим, но стабильным подъемом. То есть традиционные производители (легко угадать, что первая тройка — это Италия, Франция и Испания) все так же успешно продают вино за рубеж.
Думаю, что просадка на рынке, начавшаяся примерно в 2018 году, как и многие другие экономические явления в масштабах мира, во многом связана с Китаем. После активнейшей стадии государственного стимулирования внутреннего производства вина (с 2000 по 2015 год) площади виноградников стабилизировались, а потребление виноградных вин в КНР поначалу вышло на плато, а затем и вовсе снизилось.
Что касается России, то по итогам 2025 года у нас зафиксирован рекордный рост производства виноградных вин. 370 млн литров, на 13,6% больше, чем в 2024 году. Розничные продажи, правда, чуть упали, на 3,3%, но доля вина в общей структуре продаж алкогольной продукции достигла 38,8%, что на 2,8п.п. выше уровня 2024 года. Доля российской продукции в продажах вина, в свою очередь, тоже выросла примерно до 62%.
Но только не надо спешить объявлять Россию тихой гаванью в бушующем винном океане. Вся эта хорошая статистика — эффект низкой базы в сочетании с серьезными мерами государственного стимулирования. Просто напомню, что на каждого жителя у нас производится вина почти в 21 раз меньше, чем во Франции, почти в 29 раз меньше, чем в Италии. Мы еще далеко не реализовали все собственные возможности, все впереди.
Бума виноделия в глобальном масштабе сегодня действительно не существует. В том смысле, что в последние годы нет взрывных точек, которые сильно отражались бы на глобальной статистике в сторону роста. Как это было в 1970-1980-е в странах Нового Света, включая США, Австралию, Новую Зеландию, Чили и так далее.
По данным Международной организации виноградарства и виноделия (OIV), в 2024 году мировые продажи вина составили 21,42 млрд литров. Это лишь чуть-чуть больше, чем в 1961-м. Впрочем, надо помнить, что виноделие — это не выпуск айфонов и не строительство ветряных электростанций. Отрасль консервативная и не подверженная таким бурным всплескам. А что касается роста населения Земли за десятилетия, то, опять же, надо помнить, где именно оно растет, а где даже сокращается. «Ядерная» аудитория потребления вин, в особенности хороших вин, концентрируется не в Бангладеш, и не в Намибии.
Если посмотреть на глобальную статистку OIV с 2000 года, то увидим, что производство вина за это время имело пики и спады,но в целом сократилось, хоть и не слишком драматично. График потребления вина за этот же период — очень плавная, в отличие от производства, дуга. Но в целом потребление за 25 лет не выросло, даже чуть сократилось. А вот график экспорта вин — это линия с небольшим, но стабильным подъемом. То есть традиционные производители (легко угадать, что первая тройка — это Италия, Франция и Испания) все так же успешно продают вино за рубеж.
Думаю, что просадка на рынке, начавшаяся примерно в 2018 году, как и многие другие экономические явления в масштабах мира, во многом связана с Китаем. После активнейшей стадии государственного стимулирования внутреннего производства вина (с 2000 по 2015 год) площади виноградников стабилизировались, а потребление виноградных вин в КНР поначалу вышло на плато, а затем и вовсе снизилось.
Что касается России, то по итогам 2025 года у нас зафиксирован рекордный рост производства виноградных вин. 370 млн литров, на 13,6% больше, чем в 2024 году. Розничные продажи, правда, чуть упали, на 3,3%, но доля вина в общей структуре продаж алкогольной продукции достигла 38,8%, что на 2,8п.п. выше уровня 2024 года. Доля российской продукции в продажах вина, в свою очередь, тоже выросла примерно до 62%.
Но только не надо спешить объявлять Россию тихой гаванью в бушующем винном океане. Вся эта хорошая статистика — эффект низкой базы в сочетании с серьезными мерами государственного стимулирования. Просто напомню, что на каждого жителя у нас производится вина почти в 21 раз меньше, чем во Франции, почти в 29 раз меньше, чем в Италии. Мы еще далеко не реализовали все собственные возможности, все впереди.