Ночью после свадьбы зять сомкнул руки на горле её дочери… А тёща одним движением сделала ЭТО...
Оксана только двинулась к матери, как ладонь Руслана легла ей на талию и придержала. До объятий дело так и не дошло — невеста замерла в шаге от Галины.
— Гости уже заждались, — обронил он.
Мгновение назад лицо дочери светилось. Теперь она стояла возле мужа и будто стеснялась показать, до чего соскучилась.
Каравай, привезённый Галиной, зять окинул недовольным взглядом и распорядился унести на кухню. Место матери невесты нашлось у самых дверей. Когда позвали фотографироваться, ей велели подождать: сперва родители, деловые партнёры, уважаемые люди. Её, мол, снимут отдельно.
Отдельного снимка так и не случилось.
Про немодное платье и торговлю на рынке подшучивали весь вечер, и Галина всё сносила: приехала ради дочери и портить ей день не собиралась. А ближе к полуночи Руслан явился к тёще сам — с пальто в руках.
— Машина до станции внизу.
Только уехать не вышло. Десятилетний Даня давно спал наверху, а водитель к тому времени уже развёз остальных. Ночевать Галине разрешили нехотя — у лестницы.
Она так и легла, не раздеваясь. Снизу долетали хохот и стук бутылок. Наверху были молодые.
Часа в два глухо стукнуло. И сразу — короткий вскрик.
Галина поднялась и вышла в коридор. За неплотно прикрытой дверью спальни зло говорил Руслан. Потом зазвенело разбитое стекло.
Она толкнула дверь.
Оксана вжималась спиной в стену и обеими руками пробовала отвести пальцы мужа от своего горла. По щекам катились слёзы. Мать она заметила — и только мотнула головой: голоса уже не осталось.
— Руки убери, — произнесла Галина.
Он разжал пальцы. Дочь сползла на пол, хрипло втягивая воздух. Галина метнулась к ней, но зять шагнул поперёк и толкнул её в плечо.
— Командовать будете у себя на рынке. Тут решаю я.
Снизу опять донёсся смех: праздник шёл своим чередом.
Оксана поднялась и вцепилась в локоть мужа:
— Только маму не трогай…
Руслан крутанулся и снова сдавил ей горло. Вот тут Галина уже не попятилась: перехватила его запястье и придвинулась вплотную. Он всё ещё был уверен, что перед ним лишь перепуганная торговка с рынка. А тёща одним движением сделала ЭТО...