23.08.2026 03:00
Вражда между танковым генералом Гудерианом и командующим немецкой группой армий "Центр" Клюге носила открытый и скандальный характер.
Вражда между танковым генералом Гудерианом и командующим немецкой группой армий "Центр" Клюге носила открытый и скандальный характер. Они почти не разговаривали друг с другом, а в мае 1943 года Клюге даже обращался к Гитлеру за разрешением вызвать Гудериана на дуэль.
Клюге был горячим сторонником Курской операции "Цитадель", Гудериан же возражал против её проведения.
Гитлер через своего адъютанта Шмундта пытался "прощупать" мнения полевых командиров. Большинство из них поддерживали идею операции, однако было исключение: уважаемый фюрером генерал Модель тоже выразил сомнение в успехе.
"Воздушная разведка и донесения патрулей свидетельствуют о том, что русские знают, где и когда немцы собираются нанести удар, и энергично готовятся к отражению атаки", — пояснил он.
В ответ на это сторонники операции привели следующий довод: "Если русские действительно готовятся дать бой на Курской дуге, то это является признанием стратегической важности этого участка фронта и приведёт к тому, что значительная часть советских бронетанковых войск будет втянута в сражение".
Сам Гитлер очень рассчитывал на пополнение армии новыми танками "Пантера" и постоянно откладывал начало операции, чтобы накопить их побольше. На одном из совещаний он сказал, что при мысли об этом наступлении "у него начинает болеть живот".
В это время Красная Армия продолжала укрепление своей обороны. Советский капитан-танкист так описал атмосферу: "В начале войны всё делалось в спешке, и времени постоянно не хватало. Теперь мы вступаем в бой спокойно".
5 июля в 6 утра немецкие танки — около 2000 в первой волне — выползли из своих укрытий и с закрытыми люками двинулись вперед через пшеничные поля возле Северского Донца, атакуя с юга Курскую дугу.
"Мы двигались вперед, а вокруг нас от огня русской артиллерии дыбом вставала земля, — писал радист "тигра". — Иван, с присущей ему хитростью, не открывал огня в предшествовавшие недели, чтобы не выдать своих позиций. Но сейчас весь фронт опоясывали вспышки выстрелов. Казалось, что мы вползаем в огненное кольцо. Четыре раза наш танк содрогался от прямых попаданий, и мы благодарили судьбу за прочность добротной крупповской стали".
К 23 августа всё было кончено — немцы потерпели полный разгром. Курская битва стала крупнейшим сражением Великой Отечественной войны. По его итогам стратегическая инициатива окончательно перешла на сторону Красной армии, а в 1995 году 23 августа включили в перечень дней воинской славы России.
Клюге был горячим сторонником Курской операции "Цитадель", Гудериан же возражал против её проведения.
Гитлер через своего адъютанта Шмундта пытался "прощупать" мнения полевых командиров. Большинство из них поддерживали идею операции, однако было исключение: уважаемый фюрером генерал Модель тоже выразил сомнение в успехе.
"Воздушная разведка и донесения патрулей свидетельствуют о том, что русские знают, где и когда немцы собираются нанести удар, и энергично готовятся к отражению атаки", — пояснил он.
В ответ на это сторонники операции привели следующий довод: "Если русские действительно готовятся дать бой на Курской дуге, то это является признанием стратегической важности этого участка фронта и приведёт к тому, что значительная часть советских бронетанковых войск будет втянута в сражение".
Сам Гитлер очень рассчитывал на пополнение армии новыми танками "Пантера" и постоянно откладывал начало операции, чтобы накопить их побольше. На одном из совещаний он сказал, что при мысли об этом наступлении "у него начинает болеть живот".
В это время Красная Армия продолжала укрепление своей обороны. Советский капитан-танкист так описал атмосферу: "В начале войны всё делалось в спешке, и времени постоянно не хватало. Теперь мы вступаем в бой спокойно".
5 июля в 6 утра немецкие танки — около 2000 в первой волне — выползли из своих укрытий и с закрытыми люками двинулись вперед через пшеничные поля возле Северского Донца, атакуя с юга Курскую дугу.
"Мы двигались вперед, а вокруг нас от огня русской артиллерии дыбом вставала земля, — писал радист "тигра". — Иван, с присущей ему хитростью, не открывал огня в предшествовавшие недели, чтобы не выдать своих позиций. Но сейчас весь фронт опоясывали вспышки выстрелов. Казалось, что мы вползаем в огненное кольцо. Четыре раза наш танк содрогался от прямых попаданий, и мы благодарили судьбу за прочность добротной крупповской стали".
К 23 августа всё было кончено — немцы потерпели полный разгром. Курская битва стала крупнейшим сражением Великой Отечественной войны. По его итогам стратегическая инициатива окончательно перешла на сторону Красной армии, а в 1995 году 23 августа включили в перечень дней воинской славы России.