«Не кради!

«Не кради!» – это очень огромная заповедь. Слушайте, разве мало можно чего украсть кроме денег? Например, можно украсть время. Вот, ты приходишь к кому-то в гости... Приходишь к товарищу, а товарищ (например, вы – студенты) пишет курсовую работу. А ты к нему в гости пришел. У него каждый час дорог. Он весь семестр проспал, и у него только одна ночь остается на то, чтобы все сделать. Ты сидишь у него и сидишь. А ему тебя стыдно выгнать. И ты воруешь у него время, силы. Он потом, как муха, придет с этой бумагой на экзамен, потому что он не успеет, не допишет. Ты украл у него драгоценные три, четыре, пять часов. Так бывает в гостях. Так бывает еще где-то.

Можно украсть доброе имя человеческое. Вот, например, мы с тобой сидим на лавочке, воздухом дышим. Идет наш общий знакомый. До сегодняшнего дня ты хорошо к нему относился.
Я тебе говорю: «А ты знаешь, кто у него любовница?» (Никто за язык не тянет.
Я просто от злого сердца беру и болтаю).
«Ты знаешь кто? – Кто? – Да вот та-то? – Да ну, брось, я не поверю. – Точно-точно…»

Что я сделал только что этому человеку? Вот так вот – мимоходом? – Я у него украл добрые мысли о двух людях. Сразу же. Теперь, когда бы он их не увидел, он будет смотреть на них сквозь призму моих слов. «А! Эта блудница с ним живет!» «А! Этот блудник с ней живет!» Все уже. Я заложил им в глаза какие-то бесовские линзы. Я украл доброе имя у людей. Просто – раз! – «брякнул». Два слова вымолвил и все – украл!

Понимаете?
А если я, например, Вас не уважаю, потому что мне про Вас наговорили; или Вы меня не уважаете, потому что Вам про меня что-нибудь наговорили; то мы ничего с вами хорошего не сделаем. Люди, которые не уважают друг друга; которые смотрят друг на друга исходя из того, что им про вас сказали; эти люди никогда не смогут вместе ничего построить, сшить, украсить, сделать; ничего того, чем Богу можно людям послужить.

И мы бываем бесплодны с вами... Бесплодны! Мы ничего не можем сделать хорошего зачастую именно потому, что «тебе сказали про меня», «мне сказали про тебя», «им сказали про нас». И у нас в голове дрянь вся эта живет. У нас украли добрые мысли о людях.

Украли! Может быть – не специально. Но так получается, что лукавый работает через это «неспециальное» человеческое злодейство. Вот что можно украсть.

Я уж не говорю про то, что ученые могут красть работы друг у друга. Ученое имя можно украсть: открытие сделал один – а Нобелевскую премию получил другой. Украл? – Украл! Воровать можно бесконечно. Все, что хочешь. Можно честь чужую украсть. Можно украсть чужое счастье, а потом выбросить его, потому что – надоело. Понимаете?

И вот, когда человек говорит: «Не буду красть!», и он начинает «работать» в эту сторону, он вдруг понимает, что «Не кради!» – это очень огромная заповедь. Я, конечно, стараюсь не красть, по карманам не лажу, я что-то еще не выделываю… Ну, вроде, не краду... Не сливаю бензин с машин чужих, вроде не краду. Но я понимаю, что все широко очень.

Это большая заповедь. Поэтому, я не скажу про себя, что «Я – не крал!» Не скажу.

Протоиерей Андрей Ткачев