Ксюша — девочка воздушная, нежная, ранимая.
И Ксюша заглядывала в этот уличный арт-объект. Там в сидушке дыра. В дыре темно. Сделалось как-то тревожно. Вдруг из этой дыры кто-то выпрыгнет и на Ксюшу нападет.
Измарает еще.
Ужасно это всё.
А тут, знаете, уже стемнело.
Бабушка уложила спать Сонечку, а сама в баню пошла. Дед где-то шляется. Ксюша сидит и думает про туалет.
Но одна идти туда не решается.
Тогда-то она и решила разбудить младшую сестру. Аккуратно. Чтобы не испугать. Трясла ее, трясла. По шкале землетрясений эти колебания можно измерить где-то баллов на семь.
Ну не на все двенадцать же трясти. Че наглеть-то совсем.
Теперь сами вообразите. Вы целый день бегали по деревне. Петуха Петю догоняли, чтобы поцеловать. Затем от него, злющего, но зацелованного, убегали. Потому что надо как-то выживать. Кормили пирожками собаку Малыша. Качали на руках Ваську кота. Ходили в гости к деду Коле. Поджигали с ним сухой навоз. Интересно потому что.
А тут вас будят. И вынуждают идти туда, куда вам совсем не нужно.
Конечно, вы будете злая. Даже я, добрейшая душа, злая бы была. Вот в таких настроениях Сонечка Ксюшу к туалету и повела. Продвигались уверенно и быстро. Прям как монгольская конница в 1237.
А теперь представьте, что с той стороны двери уличного туалета сидит дед. Никого не трогает. Никому не мешает. Ну, слышит он, что кто-то там идет. Но все равно в такой деликатной ситуации никогда не ожидаешь, что этот кто-то с одной стороны палкой по туалету как фиганёт. И следом с другой стороны как долбанет. А это наша Сонечка наносит удары, чтобы чудовище, что там засело, прогнать. Первый удар — отвлекающий. Второй — сокрушающий. Вы должны это понимать.
А дед нет бы нормально отреагировать. Как завизжит. Испугал девчонок, конечно.
И вот наша рать из Ксюши и Сонечки в рассыпную бежит.
Дед уже тоже.
Следом Бабушка несется из бани с криками: ГОСПОДИБОЖЕ!
Вот видите. Всего-то один день в деревне. А как хорошо они его уже провели. Даже замотивировали деда унитаз быстро починить.
Ягодки, солнышки! Молодцы!