Давным-давно я работала в Центре реабилитации диких птиц и брала мелких пернатых домой на передержку.
И вот однажды раздобыла три контейнера с кормовыми тараканами для них.
Первый контейнер Дима встретил с опаской. Во второй контейнер его чуть не начало тошнить. Третий контейнер он останавливал грудью.
Но женщину, которая объездила весь город в поисках чистокровных кормовых тараканов, не так-то просто вытолкнуть из квартиры и остановить.
Дима сказал, что он женился на мне для другого.
А потом риторическое:
— Найди интересное увлечение. Без птиц, тараканов и этого всего. Пеки булочки, например. Я сам готов купить дрожжи и муку, лишь бы тебе было хорошо.
Я ответила, что выпечка вредна. У нее высокий гликемический индекс. Я так рисковать нашими жизнями не могу.
Да и новая птица просится на передержку. Я ее возьму.
Но Дима продолжал нести всякий вздор. Сказал, что у него скоро будет аллергия на пух и перо.
А я ответила, что дома есть супрастин. Жить бы да радоваться, а Дима ноет все равно.
И вообще! Жена нашего знакомого вынесла из дома все, что могла, и сердце ему разбила. Сначала, правда, нос ему разбила. Очень темпераментная была. И он живет теперь в пустой квартире и спит на полу.
А я сердечная и домовитая.
Я в дом целую природу несу.
Птицы красиво щебечут.
Кормовые тараканы тихо шелестят.
Почему?
Почему Дима не рад?
Вот раньше у нас не было кормовых тараканов, и импортозамещение в виде опарышей расползлось.
Сколько у нас мух из-за этого в декабре завелось!
А теперь стало лучше.
Птицы поют на голоса. Кормовые тараканы, конечно, скребутся неприятно, зато мухи по квартире не летают.
Да у нас звуки, виды, ощущения — все как в настоящем лесу.
Разве не о такой жизни вблизи природы люди мечтают?