20.08.2026 08:46
Дым от взорвавшегося вулкана затмил небо, и погода во всем мире изменилась.
Дым от взорвавшегося вулкана затмил небо, и погода во всем мире изменилась. Нет, друзья, это не сценарий нового фильма про апокалипсис, а реальный исторический факт.
Извержение вулкана Тамбора (Индонезия), случившееся в апреле 1815 года, на годы изменило климат планеты. Следующий, 1816 год вошёл в историю как «Год без лета».
В Европе лето 1816 года выдалось катастрофически холодным и дождливым. В июле шёл снег. Люди ели кору деревьев, траву, мох. Начался голод, затем эпидемии тифа и дизентерии.
В этот момент император Александр I пригласил погибающих от голода немцев переселиться на Кавказ. Сотни семей выдвинулись в дорогу в конце лета 1816 года. В 1817–1819 годах группы достигли Тифлиса (Тбилиси). Так началась история немецкой Грузии.
Немцы внесли большой вклад в развитие виноделия в Грузии, развивали аграрные технологии. Их посёлки были разбросаны по всему Кавказу: Мариенфельд (сегодня Сартичала), Елизабетталь (Асуретти), Катариненфельд (Болниси) и другие — всего около 20.
Их история закончилась в XX веке, в самые тёмные времена террора, но она была и остаётся удивительным примером того, как могли сочетаться немецкий прагматизм и вера в лучшее с русской щедростью и грузинским гостеприимством.
Извержение вулкана Тамбора (Индонезия), случившееся в апреле 1815 года, на годы изменило климат планеты. Следующий, 1816 год вошёл в историю как «Год без лета».
В Европе лето 1816 года выдалось катастрофически холодным и дождливым. В июле шёл снег. Люди ели кору деревьев, траву, мох. Начался голод, затем эпидемии тифа и дизентерии.
В этот момент император Александр I пригласил погибающих от голода немцев переселиться на Кавказ. Сотни семей выдвинулись в дорогу в конце лета 1816 года. В 1817–1819 годах группы достигли Тифлиса (Тбилиси). Так началась история немецкой Грузии.
Немцы внесли большой вклад в развитие виноделия в Грузии, развивали аграрные технологии. Их посёлки были разбросаны по всему Кавказу: Мариенфельд (сегодня Сартичала), Елизабетталь (Асуретти), Катариненфельд (Болниси) и другие — всего около 20.
Их история закончилась в XX веке, в самые тёмные времена террора, но она была и остаётся удивительным примером того, как могли сочетаться немецкий прагматизм и вера в лучшее с русской щедростью и грузинским гостеприимством.