Свекровь хотела блеснуть перед роднёй за мой счёт.

Свекровь хотела блеснуть перед роднёй за мой счёт. Зря она выбрала столько свидетелей


Я всегда знала, что моя свекровь, Галина Аркадьевна, — женщина с имперским размахом.

Если она сажала помидоры на даче, то это была плантация, способная прокормить небольшую деревню. Если она обижалась, то с показушными охами, за валидолом бегали все, включая соседского кота.

А уж если у неё намечался юбилей... Тут тушите свет и прячьте кошельки.

Приближалось её шестидесятилетие. Я, честно говоря, ждала подвоха, но масштаб бедствия оценила не сразу.

В тот вечер я приготовила на ужин домашние котлеты — те самые, знаете, из смешанного фарша, с чесночком, в сухарях, чтобы корочка хрустела, а внутри сок.

К ним — воздушное картофельное пюре на деревенском сливочном масле и свои, хрустящие бочковые огурчики.

Муж мой, Максим, уплетал это великолепие так, что за ушами трещало. Запил холодным домашним морсом из клюквы, довольно крякнул и выдал:

— Ленок, тут мама звонила. Она определилась с юбилеем. Будем отмечать в ресторане «Золотая подкова». Там зал с колоннами, лепнина, всё как она любит.

— Замечательно, — я спокойно собирала тарелки. — Рада за неё. Накопила, значит.

Максим как-то неуютно поёрзал на стуле.

— Ну... она же пенсионерка. Какие у неё накопления? В общем, мы с ней посоветовались, и решили, что это будет наш ей подарок. Ты же у нас хорошо зарабатываешь, должность руководящая.

Он виновато отвел взгляд и добавил:

— Мама так всем и сказала: «Моя Леночка — как хорошая дочь, она всё организует и оплатит». Там банкет на сорок человек, ведущий с баяном, ну и торт трехъярусный.

Я замерла с тарелкой в руках.

Сорок человек? Ведущий? Торт?

В «Золотой подкове» ценник такой, что на эти деньги мы могли бы вдвоем на две недели улететь к морю.

Причем, из этих сорока человек моих родственников не было ни одного. Сплошь троюродные тетушки из неведомых райцентров, какие-то племянники, которых я видела один раз на свадьбе, и мамины подружки по хору.

Я медленно поставила тарелку в раковину.

— Максим, а ты ничего не перепутал? С каких пор я стала главным спонсором фестиваля имени Галины Аркадьевны?

— Лена, ну не начинай! — заныл муж, применяя свою излюбленную тактику «я в домике». — Ну это же мама! Один раз ради семьи можно и раскошелиться. Тем более, гости уже приглашены, меню согласовано. Не можем же мы ударить в грязь лицом перед родней!

Меню согласовано. Гости приглашены.

То есть меня просто поставили перед фактом, выписав счет на кругленькую сумму.

Я ничего не ответила. Просто ушла в спальню.

Скандалить не в моих правилах, я предпочитаю действовать.

На следующее утро субботы Максим пошел в душ, оставив свой телефон на тумбочке. Экран загорелся — пришло сообщение в семейный чат «Родня», куда меня благоразумно не добавили.

Я не любительница читать чужие переписки, но тут глаз сам зацепился за знакомое имя.

Писала Галина Аркадьевна своей сестре, тете Наде: