Либо ты жаришь шашлык на всех, либо уезжай к своей матери!

Либо ты жаришь шашлык на всех, либо уезжай к своей матери!

— Чемодан в прихожей, Марина. И это не шутка. Либо ты сейчас выходишь к мангалу и маринуешь оставшиеся пять килограммов мяса на всех, либо вызывай такси и катись к матери. Мне перед пацанами стыдно, что у меня жена с характером, когда нужно просто накрыть на стол.

Виктор стоял в дверном проеме спальни, раздувая ноздри. От него уже слегка пахло пивом и костром, хотя гости приехали всего час назад. Марина медленно сложила книгу на тумбочку. Сердце колотилось где-то в горле, но внешне она старалась сохранять ледяное спокойствие.

— Витя, мы договаривались. Твои друзья — твоя зона ответственности. Я приготовила три салата, нарезала овощи и сделала соус. Я не нанималась жарить шашлык на двенадцать человек, пока вы обсуждаете рыбалку.

— Ты женщина или кто? — Виктор шагнул в комнату, его голос сорвался на визг. — Пашка приехал с женой, Костя с подругой. Они сидят, отдыхают. А я должен углями дышать?

— А Лена и Света почему не могут помочь? Они тоже женщины, по твоей логике.

— Они гостьи! А ты хозяйка. Понимаешь разницу? Или тебе диплом филолога совсем мозг высушил?

— Хозяйка — это не синоним слова «обслуживающий персонал», Витя. Я устала. У меня была тяжелая неделя в редакции, и этот выезд на дачу планировался как отдых, а не как вахта у плиты.

Виктор внезапно успокоился, и это напугало Марину больше, чем его крик. Он прищурился и указал пальцем на дверь.

— Я повторяю: либо ты идешь к гостям и делаешь то, что я сказал, с улыбкой на лице, либо этот дом для тебя закрыт. И квартира в городе тоже. Посмотрим, как ты на свою зарплату корректора будешь снимать жилье. Выбирай.

— Ты серьезно сейчас ставишь мне ультиматум из-за кусков свинины?

— Я ставлю ультиматум из-за твоего неуважения ко мне и моим друзьям. Десять минут, Марина.

Он вышел, с грохотом захлопнув дверь. Марина села на кровать, глядя на свои руки. Они дрожали. Снаружи доносился бодрый смех Кости и громкая музыка из багажника машины. «Неужели это всё?» — пронеслось в голове. Десять лет брака, общие планы, и вот — шашлык как точка невозврата.

Она встала, подошла к зеркалу и поправила волосы. Взгляд упал на обручальное кольцо. В памяти всплыла сцена из прошлого года, когда Виктор так же заставил её извиняться перед его матерью за то, что Марина отказалась копать картошку в свой единственный выходной. Тогда она проглотила обиду. Сейчас внутри что-то окончательно оборвалось.

Марина вышла в коридор, минуя кухню, и направилась прямо к калитке. На лужайке уже вовсю шло веселье.

— О, Мариночка! — крикнул подвыпивший Пашка. — А где мясо? Мы уже проголодались, хозяйка!

Виктор стоял у мангала, делая вид, что пытается раздуть огонь, и победно поглядывал на жену. Он был уверен, что она идет «сдаваться».

Марина подошла к нему вплотную. Гости притихли, почуяв неладное.

— Ключи от машины, — тихо сказала она.

— Что? Иди за мясом, Марин, не позорься.

— Ключи от машины, Витя. Она оформлена на мою маму, если ты забыл. И куплена на деньги с продажи её наследства. Дай мне ключи.

Виктор побледнел. Его друзья переглянулись. Света, подруга Кости, демонстративно отвернулась, изучая свой маникюр.

— Ты никуда не поедешь в таком состоянии, — буркнул муж, пытаясь сохранить лицо.

— В каком «таком»? Я трезвая, в отличие от всей вашей компании. Дай ключи, или я сейчас вызываю полицию и заявляю об угоне. Прямо здесь, при всех.

— Да ты с ума сошла… — Виктор полез в карман джинсов и швырнул связку в траву. — Подавись! Имей в виду, назад дороги не будет.

Марина подняла ключи, не отрывая взгляда от мужа.

— Знаешь, Вить, ты прав. Назад дороги действительно нет. Только не из-за шашлыка. А из-за того, что ты за десять лет так и не понял, кто с тобой рядом. Пацаны, приятного аппетита. Мясо в холодильнике, не забудьте посолить.