-Ищу хозяйственную женщину, без физических потребностей, с жильем до 45 для "комфортной жизни вместе".

-Ищу хозяйственную женщину, без физических потребностей, с жильем до 45 для "комфортной жизни вместе". О себе Вова, 47 живу у сестры.

Постель - это только для молодых, женщина должна понимать, что мужчина в доме- это ее статус в обществе. В моем возрасте важен покой и комфорт!

Вот так, практически как объявление о продаже подержанного холодильника, я это и написал. Чётко, по делу, без лишней романтики. Потому что в моём возрасте уже не до глупостей, честно говоря. Мне 47, зовут Вова, за плечами брак, трое детей, алименты, жизнь потрепала, иллюзии сняла, и теперь хочется простого — чтобы дома было спокойно, чисто, чтобы кто-то был рядом, но без этих всех "ой, мне нужно внимание", "ой, мне нужно чувство", "ой, мне нужно, чтобы ты меня хотел". Не нужно. Мне не нужно.

Я живу у сестры. Временно, конечно, но уже третий год как временно. После развода как-то не сложилось с жильём, сначала думал — перекантуюсь пару месяцев, потом сниму что-то, потом деньги ушли на алименты, потом на долги, потом ещё на что-то. В итоге — живу у неё, в маленькой комнате, где даже шкаф открывается с трудом. И да, мне это надоело. Но не настолько, чтобы снова брать ипотеку и вешать на себя хомут. Гораздо логичнее — найти женщину, у которой уже есть жильё. Разве нет?

Я искренне не понимаю, почему женщины на это так болезненно реагируют. Я же честно говорю: мне не нужна любовь до гроба, не нужны страсти, не нужны эти бесконечные разговоры о чувствах. Я хочу партнёрство. Я даю статус — мужчина в доме, защита, помощь, мужское присутствие. Она даёт комфорт — еду, чистоту, уют. Всё честно. Всё по-взрослому.

Но, как выяснилось, современные женщины 40+ вообще перестали понимать, что им предлагают.

Первая, с которой я переписывался, Наталья, 43 года. Разведена, один ребёнок, квартира есть. Я подумал — идеальный вариант. Написал ей своё объявление, чуть смягчил формулировки, добавил пару комплиментов. Она сначала отвечала нормально, даже заинтересованно.

А потом спросила:
"— А что ты можешь предложить женщине, кроме своего присутствия?"
Я сначала даже не понял вопроса. В смысле — что? Я же мужчина. Этого уже достаточно. Я сказал:
"— Ну как что… я буду в доме. Помогать по хозяйству. Решать вопросы."
Она замолчала на пару минут, а потом выдала:
"— То есть я должна тебя поселить у себя, кормить, обслуживать, и ещё радоваться, что у меня в квартире появился мужчина, который иногда поменяет лампочку?"
Я почувствовал раздражение. Потому что это уже перекручивание. Я ведь не так сказал. Я объяснил, что мужчина — это опора, это статус, это безопасность. Что женщина без мужчины — это, ну, не совсем полноценная жизнь.
На что она ответила:
"— Вова, ты живёшь у сестры, у тебя трое детей и алименты. Единственная опасность, от которой ты можешь меня защитить — это твои собственные финансовые проблемы."
И заблокировала.
Я тогда ещё подумал — ну, попалась какая-то злая, обиженная. Бывает.
Вторая была Марина, 45. Ухоженная, красивая, с хорошей работой. Мы даже встретились. Я специально приехал, хотя ехать было неудобно, на маршрутке с пересадкой. Она сидела в кафе, в пальто, с аккуратной причёской, с таким взглядом… оценивающим. Как будто это она выбирает, а не я.

Мы поговорили. Я честно рассказал о себе. Про детей, про алименты, про то, что сейчас временно живу у сестры, но ищу женщину для серьёзных отношений. Она слушала молча, кивала. А потом спросила:
"— А почему ты ищешь женщину с жильём?"……….